Пётр Аркадьевич Столыпин мог бы быть вполне доволен собственной карьерой. В начале ХХ века в свои неполные 39 лет - камергер, коллежский советник, что соответствовало воинскому званию полковника, да ещё и с “Анной на шее”. Четыре дочки в семье, любящая супруга и жутко беспокойный нрав, заставляющий взваливать на себя все новые обязанности и буквально фонтанировать инициативами.

Предметом его особой заботы являлось Сельскохозяйственное общество, взявшее под контроль и опеку всю местную хозяйственную жизнь. Столыпин рьяно принялся за расселение желающих на хутора, ликвидацию чересполосицы, закупил современные аграрные орудия и искусственные удобрения, ратовал за внедрение многопольных севооборотов и мелиорации. Не успокаиваясь чисто техническими вопросами, развивал, как мог, сельские промыслы. Вкладывался и в образование - открыл ремесленные училища и специальные женские гимназии.

Проводимые нововведения сразу же вызвали сопротивление крупных землевладельцев. На одном из заседаний князь Святополк-Четвертинский заявил, что «нам нужна рабочая сила человека, нужен физический труд и способность к нему, а не образование. Образование должно быть доступно обеспеченным классам, но не массе…» Столыпин дал резкую отповедь:

“Бояться грамоты и просвещения, бояться света нельзя. Образование народа, правильно и разумно поставленное, никогда не приведёт к анархии”.

Чтобы не пересказывать хорошо известную биографию последнего дельного премьера царской России, резюмирую результат дела его жизни:

Столыпин с его аграрной реформой являлся образцово-показательным провалом как в кратко, так и в долгосрочной перспективе. Реформа Столыпина подразумевала прежде всего разрушение крестьянской общины, ликвидацию общинного способа управления землей, закрепление наделов непосредственно за хозяевами, передачу земель в полную и неограниченную собственность сельского жителя. На бумаге всё выглядело чинно и благообразно. Землёй должны были завладеть самые рукастые, да только житейские овраги переиначили весь первоначальный смысл, и рачительных землепашцев быстро вытеснили кулаки. Те сами землю не обрабатывали, отдавая ее в аренду, а деньги и хлеб - в рост. В результате Столыпинской реформы начали стремительно оформляться и набирать силу не работящие середняки, а новые ухватистые лендлорды. Уйдя от мироеда-помещика, столыпинская реформа пришла к мироеду-кулаку. Не случайно гражданская война особенно горячо полыхала в 1918-1920 там, где аграрная реформа Петра Аркадьевича продвинулась наиболее далеко. 

Имея ввиду такой феерический результат реформ умного энергичного человека, облеченного властью и влиянием, встаёт вопрос - а была ли вообще тогда для крестьян альтернатива революции? Марксисты уверенно отвечают, что не было. Но есть еще один революционер, вся жизнь и опыт которого говорит об обратном.

 Александр Николаевич Балакшин вырос, учился и жил среди самого простого народа, поэтому держал в руках ежедневно его тревоги и мечты. Детские и юношеские годы, проведенные в Ялуторовске, общение с декабристами и образование, полученное в открытом им училище, гимназии, наложили отпечаток на всю его дальнейшую жизнь. Его отец, Николай Яковлевич Балакшин, был близко знаком с декабристами И. Д. Якушкиным, И. И. Пущиным и Е. П. Оболенским, находившимися в ссылке в Ялуторовске. 

Окончив в 1860 году с серебряной медалью гимназию в Тобольске, 15-летним юноша поступил в Казанский университет и активно участвовал в студенческих беспорядках. Итог – исключение из университета в октябре 1861-го с драконовской формулировкой «за революционную деятельность» и высылка в Ялуторовск под надзор полиции. Но он и здесь продолжил бузить, уже среди рабочих Падунского завода. Дважды бежал из ссылки, но неудачно, за побеги был посажен в тюрьму.

Там же познакомился с агентом ЦК «Земли и воли» Платоном Некрасовым. Вместе с его братом Федором Некрасовым вёл революционную пропаганду среди рабочих Падунского винокуренного завода, находившегося в 30 верстах от Ялуторовска, а 28 мая 1863 года вместе с ссыльным поляком С. А. Крупским бежал в Европейскую часть России. 3 июня оба беглеца были задержаны в городе Оса Пермской губернии.

Передовой человек своего времени, революционер и бунтарь по натуре, Александр Николаевич смог направить свою энергию на созидание. Союз сибирских маслодельных артелей – уникальное явление в экономической жизни царской России, соединившее в себе свободу предпринимательства, защиту национальных интересов державы и крестьянства – самого массового социального слоя на тот период. 

Балакшин считал, что для поднятия экономического состояния сельского населения необходимо содействовать объединению самих производителей, чтобы перерабатывающая промышленность всецело находилась в их руках на правах собственности, то есть ратовал за то, что сейчас называется "народным предприятием". 

В 1897 году Александр Николаевич основал Курганский отдел Московского общества сельского хозяйства. Тогда же им было открыто два маслодельных завода. Частное дело Балакшина из-за его бунтарского характера быстро переросло в общественное.  Многие рассказывают об этом без особых подробностей, но из мелких артельщиков, страдавших от засилья иностранных торговцев, Балакшин организовал крупнейшую в мире кооперативную организацию — Союз сибирских маслодельных артелей (ССМА) , Союз организовал торговые офисы в разных странах мира и вывел сибирского производителя напрямую на конечного потребителя, минуя спекулянтов и банкиров. К 1917 году он объединял 2,5 миллиона артельных заводов и лавок, 600 тысяч крестьянских хозяйств с 3-миллионным поголовьем скота, имел годовой оборот в 160 миллионов золотых рублей. За рубежом  кооперацию Балакшина  называли русским чудом.

Проблему Балакшин нашёл там, где не ждал - в собственном Отечестве. Частные заводчики увидели в его инициативах серьезную конкуренцию и сразу постарались провалить артельное дело, стали вести личную борьбу с Балакшиным, обвиняя его в стремлении наживать с артелей деньги, и даже обвинили его в неблагонадежности. Заводчики писали жалобы в разные министерства. Иностранные экспортеры тоже принимали различные меры для ликвидации сибирской низовой кооперации.  В этой связи Член совета Тюменского отделения Российского исторического общества, доктор исторических наук Александр Вычугжанин отмечает: "Датские фирмы в начале века потратили полмиллиона рублей, чтобы помешать кооперативной организации Балакшина выйти на международный рынок." Эта история чем-то напоминает современные санкции против России.

 В результате Александр Николаевич отказался от должности председателя и выступил с речью, где высказал мотивы своего отказа: «Своей деятельностью в Организации я помог развитию и расширению кооперативного маслоделия в Западной Сибири. До основания Организации артельные маслодельни, сжатые кольцом частнопредпринимательских заводов, стояли на точке замерзания, не расширялись и не увеличивались. В продолжение трех лет работы Организации я помог крестьянам при большой оплате молока сберечь не одну сотню тысяч рублей, которые были бы в карманах частных предпринимателей».

В 1905 году Александр Николаевич решает баллотироваться в Государственную Думу, чтобы в ней работать на благо Сибири и сибирского маслоделия. Он сделал попытку организовать в Кургане свою партию, которую назвал «Народным Трудовым Союзом».

10 ноября 1905 года А.Н. Балакшин пишет воззвание к крестьянам Зауралья:

 «...мы верим, что в русском народе теплится искра Божия… Он знает, что земля может быть только общим достоянием, что каждый трудящийся имеет на нее право и все одинаково должны пользоваться земными благами, помогая друг другу, и общими, соединенными усилиями жить как дружная семья. Пусть наш народ даст волю своим добрым чувствам, и он сумеет создать не только справедливость, но и оказать милосердие слабым, бедным и угнетенным. Россия считается великим государством. Покажем, что это величие не по пространству только, а в величии христианской души, которая вложена в нас Богом». 

Но политическая активность А.Н. Балакшина и его попытки баллотироваться в депутаты Государственной Думы были пресечены курганской полицией. 22 марта 1906 года были произведены обыски в домах Балакшина в Логовушке и в Кургане и в домах его сыновей. Было возбуждено судебное дело, которое тянулось полтора года.

Когда страна погрузилась в пучину революции и гражданской войны,  динамичное развитие сибирской кооперации было прервано. Тем не менее и в эти трагические годы Союз сыграл огромную роль в обеспечении населения продуктами и товарами первой необходимости. Взяв на себя функции органов распределения, кооператоры смогли предотвратить товарный и продовольственный голод.

Для артелей, не использующих в своей работе наемный труд, после Октября 1917  вроде пришло золотое время! Должно было прийти! Особенно с учетом слов вождя пролетариата Ленина "Социализм - это строй цивилизованных кооператоров". Но слова  - это одно, а дело - совершенно  другое. В соответствии с делами,  большевикам не нужна была кооперация Балакшина. Им нужна была исключительно власть над ней. Всё остальное, что неподконтрольно,  подлежало беспощадному уничтожению.

В феврале 1920 года Союз ликвидировали. Решением Сибревкома от 3 февраля 1920 года его центральная контора в Новониколаевске и масляный отдел Закупсбыта были объединены в секцию по молочному хозяйству Сибирского отделения Центросоюза. А на следующий год не стало самого Балакшина. 

Эти и другие малоизвестные страницы нашей истории - в книге с фантастическим антуражем, но документальным наполнением:

                                    Сталь императора

Источник: aftershock.news

Наши партнеры:
 
Кафедральный собор Святых Новомучеников г.Мюнхен
 
Радонеж