А помните, я вам как то показывал КАК СИДИТ БРЕЙВИК ?  Удивились ? Ну вот вам еще информация про одну островную тюрьму.

В тюрьме на этом острове собраны убийцы, насильники, наркодилеры и мошенники. Но среди норвежских заключённых существует очередь, чтобы попасть на Бастой (Bastoy). Здесь их «ресоциализируют» с помощью работы в лесу, на огороде и с домашними животными. Тюрьма в Бастое – ещё и первое в мире «органическое заведение».

Министерство юстиции Норвегии в 2009 году окончило 10-летний эксперимент по «вольному содержанию» заключённых в тюрьме на острове Бастой. Опыт был признан удачным, и теперь такие заведения могут появиться и в других частях страны.

Автором этого эксперимента стал норвежский учёный, криминолог Нильс Кристи. Его теория состоит в том, что у каждого преступления есть две жертвы: кто его совершил, и кто от него пострадал. И преступник заслуживает не только наказания, но и перевоспитания – той самой «ресоциализации».

Остров Бастой находится во фьорде Осло. От столицы Норвегии до него – 76 км, до ближайшего же населённого пункта – курортного городка Хортен – чуть больше 2 км. Сам остров имеет площадь 2,6 кв. км. Ранее здесь была одна из самых строгих норвежских тюрем для малолетних преступников (см. ниже фото заключённых в 1930-е годы), и ей родители пугали своих непослушных детей.

Давайте посмотрим на эту тюрьму подробнее …

 

Сегодня Бастой называют «Островом свободы для заключённых». Здесь сидят самые жесточайшие – по норвежским меркам – преступники: убийцы, насильники, педофилы, крупные мошенники и наркодилеры. Сидел тут и единственный серийный убийца за всю историю Норвегии – Арнфинн Несет. Он был главврачом дома престарелых и, считается, что отравил там ядом 20 стариков («чтобы прекратить их мучения»). После 15 лет отсидки на материке, его прислали досиживать последние 1,5 года на Бастой. После освобождения власти выправили ему паспорт на новое имя и изменили внешность с помощью пластической операции (чтобы избежать его дискриминации обществом).

На начало 2011 года на острове сидело 116 человек. Тюремный персонал – 70 человек, но на ночь остаются дежурить только 5-6 сотрудников. Все тюремщики работают тут без оружия. За 11 лет существования этой тюрьмы с острова бежало всего 5 человек, из которых 3 явились явкой с повинной, а двое были пойманы и отправлены в тюрьмы на материк.

 

Фото 2.

 

В тюрьму на острове стоит очередь из норвежских заключённых, и немногих счастливчиков сюда отправляют досиживать небольшие остатки их срока (обычно от 1 года до 3 лет). Чем же она так привлекательна для зэков?

На Бастое зэки содержатся «на воле» – они живут в коттеджах (1 коттедж на 8 заключённых, у каждого своя комната), и могут спокойно передвигаться по острову. В России такое место назвали бы «колония-поселение», и были бы правы. Но – за малым исключением – им всем ещё и положен отпуск продолжительностью 18 дней в году. Кроме того, есть ещё и декретный отпуск в 21 день – когда у жены или сожительницы рождается ребёнок от зэка (свидания с родственниками – еженедельные, в течение 12 часов).

Важно ещё и то, что с зэками обязательно занимаются психологи, а персонал тюрьмы работает наравне с ними. Работа, кстати, обязательный элемент для зэков, а также средство «ресоциализации» и перевоспитания. Причём вся работа – на природе. Норвежцы, и особенно криминолог Кристи, верят, что сельское и лесное хозяйство лучше всего выбивают из человека дурь. На острове живут 45 овец, 22 коровы, 10 лошадей, 230 кур и 20 крольчих. Есть ещё делянки с картофелем, овощами и малиной. Свои угодья – ещё и важный элемент самообеспечения продовольствием. Одним из факторов, по которому эксперимент с островной тюрьмой был признан Минюстом удачным, стало уменьшение стоимости содержания зэков в 2,5 раза по сравнению с другими норвежскими тюрьмами.

 

 

Уникальная философия этого места открывается в момент, когда вы причаливаете к острову — закоренелые преступники приветствуют посетителей и помогают пришвартовать лодку. Но как только вы пройдете вглубь и увидите, какой ​​свободой и курортными условиями пользуются заключенные в Bastoy, становится понятно, почему они не хотят никуда уезжать.

В этой праздничной версии Алькатраса есть много пляжей, где заключенные загорают в теплые летние месяцы, множество отличных мест для рыбалки, теннисные корты и даже прекрасная расслабляющая сауна.

Вместо того чтобы прозябать в крошечных камерах, около 115 заключенных на острове Bastoy живут в уютных деревянных коттеджах, причем приходят и уходят, когда им заблагорассудится. Единственное, чего у них нет — это вооруженных охранников и заборов с колючей проволокой, несмотря на то, что люди, пребывающие здесь, были осуждены за тяжелые преступления, начиная от торговли наркотиками до изнасилования и убийства. Тем не менее, они пользуются ведут такой образ жизни, за который большинство людей должны платить большие деньги во время двухнедельного отпуска.

Тем не менее, есть несколько правил, которые заключенные все же вынуждены выполнять. Они должны подниматься 8:30 утра и работать до 15:30, причем могут выбирать между садоводством, сельским хозяйством, уходом за лошадьми, и большим количеством других занятий. Их зарплата составляет 10 долларов в день, которые можно потратить в местном магазине для приобретения продуктов питания, потому что заключенные могут самостоятельно готовить завтрак и обед. Но на ужин тюремный повар предлагает им разнообразное меню, начиная от лосося и заканчивая куриным «кон карне». Кроме того, заключенные должны ходить на проверку несколько раз в день, чтобы охранники убедились, что они все еще на острове.

 

 

Фото 3.

 

Так, каждому зэку государство выделяет здесь 50 крон в день (примерно 250 рублей). На эти деньги он должен покупать продукты для завтраки и ужина (обед – за счёт тюрьмы; причём охранники едят то же, что и охраняемые), хозяйственные принадлежности, одежду, и т.д. Особо не пошикуешь, тем более учитывая норвежскую дороговизну. Зато то, что выращивается и делается сами зэками, справедливо делится на их участие в создании продукции. В итоге, ежемесячно работящий зэк получает здесь ещё до 10 тысяч крон (50 тысяч рублей).

Кроме сельского хозяйства, важными отраслями на Бастое являются рыболовство – ежедневно вылавливается до 100 кг трески и пикши, а также налажено производство мебели из собственного сырья. Рубки ухода (когда вырубаются только старые или больные деревья) дают топливо для обогрева коттеджей.

В 2010 году Бастой вообще стал первой в мире «органической тюрьмой». Все отходы (кроме пластика, который здесь запрещён) перерабатывается в компост. Удобрения и средства защиты растений – только органические. Установлены солнечные батареи, из древесных отходов делаются паллеты для отопительных котлов, все машины и трактора переведены на биодизель (производимый из рапсового масла).

 

Фото 4.

 

Подъём здесь – в 7.00. В 8.00 начинается работа.  2-часовой обеденный перерыв. Работа заканчивается в 16.30. Вечером зэк может заниматься чем угодно – читать в местной библиотеке (тут собраны около 10 000 книг), сидеть в интернете (правда, не более 2 часов), смотреть телевизор (разрешены 4 телеканала), заниматься спортом (без ограничений), играть в местной рок-группе или театральном кружке. В 22.00 – отбой. На острове запрещены наркотики и алкоголь (еженедельно сдаются анализы мочи на наличие наркотиков), за нарушение – отправка в тюрьму на материк.

10-летние наблюдения за «выпускниками» тюрьмы на острове показали, что они менее склонны к рецидиву, чем их «коллеги» из других норвежских тюрем. Немецкий журнал «Шпигель» приводит статистику: в течение 2-х лет 16% людей с Бастоя совершают рецидив против 20% в среднем по Норвегии (в Германии – 50% после 3-х лет). За 11 лет на острове зэки не совершили ни одного тяжкого преступления, не зафиксировано ни одного самоубийства.

 

Фото 5.

 

В чём же дело? Ведь в целом норвежская пеницитарная система очень гуманна (т.е. не менее гуманна, чем на острове). Так, тут существует «очередь на отсидку» – примерно 20-25% норвежцев, получивших срок (в основном небольшой – до 5 лет) находятся на воле, пока для них освободится место в тюрьме. И всё это время срок им учитывается (в итоге 5% вообще «мотают срок», находясь дома). Люди, отсидевшие более половины срока за тяжкие преступления, а за лёгкие – и с самого начала отсидки могут подать ходатайство на выход из-за стен тюрьмы на волю или учёбу в дневное время (в 2/3 случаев такие ходатайства удовлетворяются; ночуют же они в тюрьме). Мелкие преступления тут вообще рассматривает не суд, а т.н. «психолог-примиритель». В случае, если преступник осознал тяжесть своего деяния, то ему дают штраф, условный срок или вообще прощают. Раз в год в Лиллихаммере министр юстиции и его замы, депутаты парламенты и делегация зэков от каждой тюрьмы (это 50-70 человек) заседают в горном отеле 3 дня, где они совместно решают, как улучшить жизнь заключённых и перевоспитать их.

 

Фото 6.

 

И всё же тюрьма Бастой оказалась эффективнее, чем прочие гуманистические ухищрения норвежских властей. Криминолог Крист уверен, что секрет «ресоциализации» – именно в коллективной работе на земле. Ещё в самом начале эксперимента он признавался, что на эту идею его натолкнули записи индейского вождя Сиэтла от 1850 года. Коренной американец тогда проповедовал белым людям, что те «оторвались от природы, хотят её подчинить, а не жить в гармонии с ней».

-«Мы даём заключённому чувство гармонии с природой. Это отвращает от насилия», – говорил Кристи.

Но может быть ещё и дело в самих норвежцах, скептически спросит российский читатель. Ведь в советско-российских лагерях люди исправно работали на природе – на лесоповалах, и в составе коллектива – с урками, опущенными, «мужиками» и прочими «иерархическими» представителями криминального социума. И никого это особенно не «ресоциализировало». Наверное, ещё и важно чувство свободы и свободного труда (как бы двояко это не звучало в применении к труду зэков) – когда его результаты делятся поровну. А зэки, не желающие жить в таком социуме, отправляются на более строгий режим.

 

Фото 7.

 

Только полтора километра воды отделяет Bastoy от материка – расстояние, которое натренированный человек легко преодолеет вплавь. Но побег можно значительно упростить за счет украденной лодки, благо их здесь много и их никто не держит под замком. Все заключенные согласны с тем, что сбежать отсюда проще простого, но никто даже не пытается этого делать. Для этого есть весомая причина — если кто-либо сбежит и будет пойман, то его переведут в тюрьму строгого режима на более длительный срок. Поэтому никто не заинтересован менять  условия проживания.

 

 

Фото 8.

 

Фото 10.

Фото 11.

Фото 12.

Фото 13.

Фото 14.

Фото 15.

Фото 16.

Фото 17.

Фото 18.

Фото 19.

Фото 20.

Фото 21.

Фото 22.

 

А теперь посмотрим на другие тюрьмы во всем мире, которые выделены общественностью, как образец к подражанию. Не обошли, кстати, и Эстонию стороной.

Одним из общепризнанных критериев оценки уровня развития общества называют обращение его с отдельными социальными слоями населения, в частности, с преступниками.

Это отношение для некоторых других стран кардинально отличается. На одном полюсе находятся крупные державы США и Россия, в которых преступника стараются не только наказать, а сделать это наказание как можно более жестким, сломить, унизить, изничтожить.

При этом в тюрьмах складывается собственная субкультура. Пребывающие там врастают и проникаются этой культурой, сильнее отрываются от обычной жизни, от общества. Как результат – огромное число рецидивов, на уровне 50-60% в США.

Совсем другая ситуация в скандинавских странах. Они воспринимают преступников скорее как пациентов, главным наказанием считают ограничение свободы. И имеют всего лишь 20% рецидивистов.

 

Закрытая мужская тюрьма Vestre Fængsel (Копенгаген, Дания).Содержится – 530 человек.

 

Это одна из старейших в Дании тюрем, она действует с 1895 года. Содержат в Вестре осужденных со сроком более 5 лет.

«Постояльцы»

Вестре имеют на территории тренажерный зал, библиотеку, медицинский центр, магазин, с полным ассортиментом товаров (конечно же исключая алкоголь)

Заключенные получают пособие в 50 крон в день.

Но они могут заработать и по 10-35 крон в час за выполнение дополнительной работы. Альтернативой работе является получение среднего образования прямо в тюрьме, причем бесплатного (что особенно актуально для иммигрантов).

Среди надзирателей около трети женщин. Все сотрудники проходят подготовку в течении трех лет. Их труд оплачивается в размере ?3000 в месяц. Кстати именно сотрудники – единственные кто носит форму в этой тюрьме.

 

Только форму и никакого оружия, хотя тип этой тюрьмы более строгий чем в среднем. При этом персонала даже больше чем «жильцов».

Главной же проблемой для руководства тюрьмы на сегодня является проблема повышенного потребления среди заключенных сладостей! Им же из-за этого каждую неделю приходится дантиста вызывать!

 

 

 

Закрытая тюрьма Gelsenkirchen (Гельзенкирхен, Германия).

Содержится 558 заключенных в мужских и женских блоках.

Закрытая мужская тюрьма Halden Fengsel (Хальден, Норвегия).

Содержится 248 заключенных

Проект тюрьмы создан в результате проведенного архитектурного конкурса и построен в 1998 году за ?92 млн. Занимает этот современный комплекс порядка в 100 000 кв. м, главным объектом являются выстроенные полукругом бараки, которые окружают спортивное поле.

Вся территория разделена на 2 части, но каждая часть имеет собственные церковь и библиотеку. В мужской еще расположена школа (где можно получить знания немецкого как неродного языка, IT и т.д.).

Мужчины могут работать по металлу в мастерских, в прачечной. Женщинам предоставлена возможность прогулок за пределами тюрьмы, пусть и под присмотром, заниматься системами офисных коммуникаций, садоводством. Все могут выполнять работы по заказам с воли.

В тюрьме огромный штат психологов, менеджеров, учителей, социальных работников и капелланов. Всевозможные программы для адаптации и поддержания навыков жизни на воле.

Общение с родственниками разрешено три раза по 45мин в месяц в общем зале. А для примерных заключенных – по 3 часа в отдельном помещении.

 

 

 

Закрытая мужская тюрьма Halden Fengsel (Хальден, Норвегия).

Содержится 248 заключенных

Это самая крупная и самая современная в Норвегии тюрьма, открытая в 2010 году.

Её стандарты обращения с заключенными выглядят просто нереально – начать с граффити на стенах внутреннего двора от известного художника Долка Лундгрена, кулинарные курсы, собственная звуковая студия, отдельный дом для встреч с родными, отсутствие решеток, уютный дизайн помещений…

Охрана не имеет ни оружия, ни наручников. Стены ограды даже замаскированы раскидистыми деревьями.

Здесь сидят самые разные персонажи, в том числе насильники и убийцы и к их требованиям по созданию комфорта прислушивается руководство.

 

 

 

Тюрьма минимальной строгости Justiz Zentrum Leoben (Леобен, Австрия). 

Содержится 205 мужчин, женщин и несовершеннолетних.

Эта тюрьма в Штирии вызвала бурю обсуждений. Главный вопрос – почему преступники живут лучше многих законопослушных австрийцев?!

Но руководство отвечает, что главная цель подобных учреждений создать условия, помогающие оставаться людьми заключенным.

Для этого тюремный комплекс создан в виде офиса, построенного именитым дизайнером Джозефом Хохензимом – огромные окна, светлая мебель, двор-садик, спортзал, библиотека, кухня, лошадиная ферма. Здесь даже проводят регулярно концерты сочувствующие музыканты.

Но предназначено это заведение для тех, чей срок заключения не превышает 1,5 лет.

 

 

 

Мужская тюрьма средней и минимальной строгости Butner Federal Prison (Северная Каролина, США).

Содержится 3600 заключенных.

Как уже говорилось, американская система считается одной из самых жестких. Кроме того, она же еще и усугубляет социальное неравенство.

Для высоких и средних слоев есть отдельная тюрьма. Здесь сидели Бернард Мэдофф ( основатель финансовой пирамиды), Джон Хинкли (покушавшийся на Рональда Рейгана), Джим Беккер, телеевангелист, несколько CEO и т.п.

Больше всего эта тюрьма похожа на студенческий кампус. Там расположены лучшие во всей системе психологический и медицинский комплексы, программа реабилитации для наркоманов, питание стоит 2,7$ в день, в камерах кабельное телевидение, в том числе и канал Discovery. Хотя есть там и поножовщина и не редко.

 

 

 

Мужская тюрьма минимальной строгости Bastoey (остров Бастой, Норвегия).

Содержится 115 заключенных.

Это настоящий пионерлагерь для взрослых. Экологическая тюрьма на острове Бастой во фьорде недалеко от Осло должна прививать заключенным ответственность за окружающую среду, готовить их к жизни на свободе.

Здесь нет стен, зато есть альтернативные источники энергии. Здесь перерабатывают мусор, выращивают фрукты и овощи. Благодаря такой деятельности тюрьма обходится государству намного дешевле.

Здесь очень маленькая охрана, всего 1 охранник на десятка заключенных. Но они очень довольны своим местом «отдыха» и даже мысли не допускают о бунтах.

Еще бы – единение с природой, работа на свежем воздухе, конные поездки, пляж…. Правда и попасть туда имеют шанс лишь мелкие преступники из округа Осло.

 

 

 

Мужская тюрьма San Pedro (Ла-Пас, Боливия).

Содержится 1500 заключенных.

Тоже очень интересное решение. Практически представляет собой резервацию, автономию без охраны внутри тюрьмы. Это автономная самоуправляемая система.

За порядком заключенные следят сами, решают все проблемы за счет выборных представителей. При этом главной проблемой является циркуляция наркотиков в тюрьме.

Уровень комфорта в тюрьме определяется наличием у людей денег. Проживание в любой из восьми зон имеет свою стоимость от $10 в месяц до $1000-1500 за все пребывание. Тоже касается и еды – можно найти все на что хватит денег.

Здесь главное развлечение и способ заработка это футбольные матчи. На них делается более 20000$ ставок в месяц. Именно благодаря футболу игроки могут переехать в более дорогие апартаменты с лучшими условиями.

Тюрьма Viru (Йыхви, Эстония).

Содержится 1075 мужчин и несовершеннолетних.

Обошлась эта постройка новой тюрьмы 2006 года в $120 млн. расположена она на 16 га, имеет 14 зданий, новейшие системы безопасности, школу, спортивный зал, часовню и мастерские, двухместные камеры с туалетом и возможностью подключить свой телевизор к кабельному телевидению.

Которое заключенные сами и оплачивают, кроме того у них есть отпуск в 21 день в год и множество программ социальной адаптации.

 

 

Открытая тюрьма Horserod State Prison (Северная Зеландия, Дания)

Содержится 221 мужчин и женщин.

Это больше напоминает некий пансионат. Заключенные находятся здесь за чисто символической оградой под честным словом. Они могут свободно перемещаться, готовить, спать, есть в любое время.

На территории церковь, одноэтажные домики с номерами, магазин, беговые дорожки, библиотека, постриженные газоны.

«Жильцы» могут работать, в том числе и снаружи, выходить на выходной раз в 3 недели, учится, ходить на всякие социальные и психологические тренинги. Есть даже отделения для тех, кто может жить с детьми и супругами.

 

 

 

Мужская тюрьма Cereso Chetumal (Четумаль, Мексика)

Содержится 1100 заключенных.

Главной особенностью тюрьмы была идея решения конфликтов между «постояльцами» в боксерских поединках. В результате за 10 лет не зафиксировали ни одного случая какого-либо насилия между заключенными, при том что контингент очень серьезный.

Кроме того заключенные производили разные товары, на чем зарабатывали неплохие деньги, заводили телефоны и телевизоры. Правда именно эти телефоны и стали поводом для комиссии сменить начальство и ужесточить ражим пребывания.

 

А как вы относитесь к подобному отношению к заключенным ? Вроде бы это по-человечески, гуманно, а с другой стороны заслужили ли они это своей жизнью и своими делами ? Имеют ли они право жить лучше чем на воле ?

 

[источники]

 

А я вам еще напомню, что это за Тюрьма на острове свободы, а так же знаменитая Тюрьма Алькатрас ( Alcatraz). А вот интересный способ скоротать СРОК НА ПЛАВУ

Источник: http://masterok.livejournal.com

Добавить комментарий:

В комментариях не допускаются оскорбления и возбуждение расовой, национальной или религиозной ненависти. Каждый комментатор несет полную ответственность за размещенную им информацию — в ленте блога, сообществах и комментариях.


Security code
Refresh

Наши партнеры:
 
Кафедральный собор Святых Новомучеников г.Мюнхен