Пролог
 
В начале 2012 года мы утверждали, что мир в наши дни переживает очередную циклическую трансформацию, которая происходит с ним раз в примерно каждые 20 лет. Нынешний цикл начался в 2008-2009 году, когда глобальный финансовый кризис стал разъедать Европейский Союз и подтачивать экспортно-ориентированную экономику Китая.
 
 
Ближний Восток в свою очередь начал отходить от модели развития, которая установилась там после конца Второй мировой войны: мы наблюдаем попытки возрождения Ирана, рост влияния радикальных исламистов в регионе и снижение могущества давних автократических арабских режимов.
 
Смене поколений требуется некоторое количество времени, чтобы полностью закрепить новый порядок вещей. А пока мы наблюдаем период отрицания, в котором все силы старого мирового порядка брошены на то, чтобы сохранить status quo. В 2013 году состояние отрицания будет продолжаться во многих сферах. Но на сегодняшний день мы вот уже как примерно четыре года живем в период циклической ломки старых структур и изменения становятся все более ощутимыми, с каждым месяцем их все более трудно отрицать.
 
Европе, благодаря принятым на скорую руку мерам, все еще удается сохранять единство, также этими мерами прикрывают глубокие структурные трещины, которые пошли по некогда нерушимому Союзу. Рост безработицы и социального недовольства, снижение конкурентоспособности и фундаментальные противоречия между интеграционными процессами и национальными суверенитетами стран-участниц после принятия мер экономии станут еще более резкими, даже если Еврозоне и Евросоюзу удасться пережить этот год.
 
Китай сегодня не столько слепо отрицает то затруднительное положение, в котором он оказался, сколько пытается справиться с драматическими последствиями падения своего экспорта и перейти к устойчивому развитию в своих внутренних делах. Время не ждет, и Пекину стоит побеспокоится по поводу своих экономических проблем и растущей социальной напряженности, которые угрожают позициям правящей Коммунистической партии Китая. У Поднебесной все еще имеются рычаги влияния на ситуацию и в 2013 году, но растущая озабоченность США проблемами региона, внутренняя неустойчивость и проблемы с ближайшими соседями требуют к себе более пристального внимания.
 
Отток инвестиций из Китая создает невиданные перспективы для ряда стран Юго-Восточной Азии, Восточной Африки и Латинской Америки, независимо от того, осознают ли сами эти страны открывающиеся перед ними возможности. Развивающиеся экономики «посткитайского мира» требую времени для реализации своего потенциала, но 2013 год будет годом определения того, какие страны заполнят собой пустоту, возникшую после сворачивания китайской экономики.
 
Изменения, которые нас ожидают в этом году, по природе своей будут насильственными в первую очередь на Ближнем Востоке. Исламисты принесут новый импульс в регион, но им придется немало повоевать против местных правительств, пытающихся сохранить старые порядки. Беспорядки в Сирии и Ливане позволят на короткий срок замедлить региональный рост Ирана, но в то же время Тегеран станет главным игроком в Леванте, поскольку главным для него станет защита своих интересов в Ираке.
 
Соединенные Штаты также не застрахованы от перемен. В смутный период смены эпох Вашингтону предстоит переосмыслить свою роль в глобальной политике равновесия и США будут вынуждены все более покладаться на своих союзников по всему миру и поощрять стратегическую конкуренцию в мировых макрорегионах, пытаясь сохранить этим своё влияние.
 
Европа
 
Правила игры в мире меняются. В 2013 году мы увидим, что никакое отрицание не способно отменить становящихся все более реальными перемен.В 2012 году Европейский Союз предпринял множество мер для смягчения финансовых последствий набирающего обороты кризиса. Одной из них было создание Европейского стабилизационного механизма — постоянно действующего фонда финансовой помощи нуждающимся странам ЕС. Еще одной, не менее важной, мерой было наделение Европейского центрального банка большими полномочиями, позволяющими ему вмешиваться на рынках облигаций для помощи проблемным странам. Эти меры, которые помогли Еврозоне остаться на плаву в 2012 году, будут действовать и в 2013 году, поэтому, скорее всего, Еврозона переживет и этот год. Но они не решают трех фундаментальных проблем европейского кризиса (Более подробно о том, почему этот год будет особенно важным для Евросоюза рассказал основатель и главный эксперт Stratfor Джордж Фридман в своей статье «Почему 2013 год станет для Европы решающим»).
 
Во-первых, европейский кризис – это прежде всего кризис конкурентоспособности. Экономики южных стран Еврозоны, которые перед кризисом имели высокие кредитные рейтинги, сегодня не являются ни конкурентоспособными, ни развивающимися. То ли дело экономики Северной Европы и производственные кластеры, возникшие за последнее десятилетие в Азии. Если раньше периферийные европейские экономики для восполнения лакун в своей конкурентоспособности могли воспользоваться кредитно-денежными механизмами, то с введением единой валюты такая опция стала невозможной. Более того, в результате этого единственно возможным выходом для этих экономик является бюджетно-налоговые механизмы экономии, принявшие за последние несколько лет характер болезненных сокращений зарплат и социальных выплат.
 
Во-вторых, кризис имеет ярко выраженную политическую природу. Европейский Союз является не федерацией, а «сборной» национальных государств, объединенных международными договорами. А это означает, что принятие решений в ЕС – это всегда процесс балансирования между европейской интеграцией и национальным суверенитетом. Все политические решения, которые принимаются в Брюсселе для борьбы с кризисом, опираются на передачу суверенитета наднациональным институтам, как в случае оказания финансовой помощи странам, находящимся в бедственном положении, так и при установлении контроля за национальными бюджетами со стороны общеевропейских структур. Через свой наднациональный характер эти решения ведут к возникновению трений между странами, стремящимися прежде всего защитить свои национальные интересы и к внутренним конфликтам в самих странах (в правительственных верхах или среди населения).
 
В-третьих, европейский кризис угрожает общественной стабильности в некоторых странах, особенно на периферии Еврозоны. Предпринимаемые по требованию Брюсселя меры экономии способствуют нарастанию общественного недовольства, угрожающего власти традиционных политических партий и способствующего укреплению позиций радикальных левых и правых партий.
 
Все три вышеперечисленные проблемы европейского кризиса, так усилившиеся в 2012 году, будут влиять на обстановку и в этом году.
 
Кризис достигает ядра Еврозоны
 
В 2012 году экономики Севера Еврозоны (Германия, Франция, Голландия, Австрия и Финляндия) страдали от кризиса меньше, чем их южные соседи. У них был относительно низкий урвень безработицы, а некоторые даже показывали хоть и скромный, но все же рост. В связи с этим главные события кризиса разворачивались на периферии Еврозоны. В 2013 году две крупнейшие экономики Еврозоны (Германия и Франция) покажут минимальный рост или даже стагнацию. Это очень негативным образом скажется на всей Европе.
 
Париж будет попытается бороться с кризисом путем запуска структурных реформ, чтобы повысить конкурентоспособность французской экономики и стимулировать экономическую активность. Этим мерам, к которым относится и реформирование рынка труда, не обрадуют французские профсоюзы. Недовольство профсоюзов и общее замедление экономики приведут в 2013 году к крупнейшим с начала кризиса массовым протестам.
 
Экономический застой в Германии вряд ли приведет к кардинальным изменениям во внутренней политике, учитывая, что замедление будет постепенным, а уровень безработицы будет расти медленно и относительно невысокими темпами. Кроме того, парламентские выборы, которые ожидаются в сентябре или октябре 2013 года, существенно замедлят в Германии и процесс принятия решений, соответственно, до выборов никаких фундаментальных изменений не будет и в немецкой внешней политике.
 
Выборы в Германии замедлят принятие решений и на общеевропейском уровне. Лидеры Евросоюза скорее всего попробуют обсудить лишь несколько институционных реформ, в том числе пересмотр союзных договоров и выпуск еврооблигаций, но существенных перемен в 2013 году Евросоюзу вряд ли стоит ожидать. С некоторой долей вероятности можно прогнозировать, что в этому году все же будут достигнуты договоренности по нескольким менее важным вопросам, таким как технические аспекты банковского союза и реформирование бюджета ЕС.
 
В то же самое время экономический спад в Северной Европе приведет к тому, что страны этого субрегиона Еврозоны станут еще менее охотно оказывать финансовую помощь странам европейской периферии. Но, скорее всего, необходимая помощь все же будет оказана.
 
Ухудшение экономических условий в периферийных странах Еврозоны
 
В 2013 году кризис продолжит разрушать экономики периферии Еврозоны. Греция, Испания, Португалия и Италия переживут очередной спад своих экономик и рост безработицы. Во всех этих странах будет нарастать социальный протест и в этом году мы увидим множественные массовые демонстрации и забастовки.
 
Бросающийся в глаза растущий разрыв между уровнями жизни правящих элит и населения стран европейской периферии будет ключевым в 2013 году: существует угроза, что некоторые правительства будут сброшены. Но даже если к власти придут оппозиционные партии, им придется столкнуться с теми же проблемами, которые не смогли разрешить их предшественники. Другими словами, смена политиков не приведет к смене политики. В большинстве своем, эти страны в 2013 гоу в любом случае будут вынуждены применять меры жесткой экономии, но следует также ожидать и некоторого роста сговорчивости и поблажек со стороны их кредиторов. Под угрозой эскалации кризиса европейские институции пойдут на уступки.
 
Хотя радикальные и антиправительственные партии стают все более влиятельными в политических дебатах, они все еще недостаточно сильны, чтобы прийти к власти в любой из стран Еврозоны. С каждым электоральным сезоном популярность традиционных партий Европы падает, но старым элитам удасться удержать власть и в 2013 году.
 
Общественно-политическая нестабильность будет особенно острой в Греции, но страна сумеет остаться в 2013 году в Еврозоне: греческое правительство будет продолжать получать финансовую помощь со стороны Евросоюза и это удержит её от выпадения. Кроме того, Афины даже, скорее всего, добьются уступок со стороны Брюсселя – пересмотра или смягчения финансово-экономических требований в случае необходимости. Испании в 2013 году вероятно также понадобится финансовая помощь от Европейского Союза. Stratfor предполагает, что Мадрид достигнет согласия со своими кредиторами, так как Брюссель заинтересован в сдерживании последствий испанского экономического кризиса и в предотвращении его распространения на другие страны Еврозоны.
 
Единственной страной периферии Еврозоны, в которой пройдут выборы, является Италия (в феврале 2013 года). Если следующему итальянскому правительству не удасться достичь политической стабильности и запустить экономические реформы, то финансовая помощь Брюсселя может понадобиться и Риму. Если до этого дойдет, то Италии и Европейскому Союзу, скорее всего, легко будет достичь согласия.
 
Рост политической раздробленности
 
Из-за фундаментальных противоречий между национальными интересами и внешнеполитическими приоритетами среди стран-членов ЕС, европейский кризис в 2013 году приведет к обострению политической, дипломатической и экономической разобщенности на территории Европейского субконтинента.
 
В дополнение к существующим различиям между входящими и не входящими в Еврозону странами, политическая фрагментация острее всего будет ощущаться внутри Еврозоны. Франция станет более активно продвигать идею теснейшей экономической солидарности в Европе посредством выпуска еврооблигаций и аналогичных механизмов, что приведет к недовольству Герминии. В год выборов Берлин и Париж вряд ли достигнут согласия по поводу подобных вопросов.
 
Не входящая в Еврозону Великобритания будет пытаться защитись свой суверенитет и пересмотреть свой статус в Европейском Союзе. Но Лондон не покинет ЕС в 2013 году. Страны, входящие в Еврозону, усилят сотрудничество для преодоления структурных недостатков валютного союза. Восточно- и Центрально-Европейские страны, не входящие в Еврозону будут балансировать между стремлением к более активному участию в процессах принятия решений и преимуществами, которыми они пользуются, не являясь частью валютного союза.
 
В 2013 году Европа продолжит пользоваться преимуществами тех же самых механизмов и инструментов, что и в 2012 году, а единство Европейского Союза будет сохранено. Но Европа также ощутимо пострадает от последствий глубоких политических и социальных аспектов кризиса, которые так и остались нерешенными.Постсоветское пространство
 
После политических волнений 2012 года Россию ждет еще один год антикремлёвских протестов, противостояния между различными политическими группировками и этническими группами, политические репрессии и перестановки в правительстве. В целом, политическая напряженность будет оставаться управляемой и не будет представлять серьезной угрозы Москве. Кремль в этом году сильно повысит свою антикоррупционную активность, которая будет направлена прежде всего на «чистки» в действующих дорогостоящих общенациональных проектах. Преследование опальных государственных чиновников и представителей бизнеса чем-то будет напоминать ситуацию в начале 2000-х.
 
Изменения в ближнем зарубежье России
 
В последнее время Россия добилась впечатляющего успеха в восстановлении своего влияния среди стран бывшей советской периферии. После твердой демонстрации своей воли в войне с Грузией в 2008 году, Москва приложила руку и к свержению неугодных ей прозападных правительств в Украине, Грузии и Киргизии, пришедших к власти на волне «цветных» революций. Также Россия более тесно интегрировалась с Беларусью и Казахстаном посредством создания Таможенного союза, который до 2015 года Москва планирует расширить до Евразийского Союза.
 
Бывший Советский Союз
 
Но рост влияния России не является равномерным на всем постсоветском пространстве. Кремль вынужден противостоять как внутренним национальным элитам бывших советских республик, которые сильно отличаются между собой в зависимости от страны происхождения, так и внешним игрокам, стремящимся оспорить влияние Москвы в регионе. Поэтому в 2013 году Россия продолжит наращивать свое присутствие и влияние в одних регионах, тогда как в других она столкнется с серьезными препятствиями.
 
Как страны, наиболее интегрированные с Западом, государства Прибалтики в 2013 продолжат прикладывать усилия по диверсификации поставок энергоносителей из России и наращиванию экономического и оборонного сотрудничества с Европейским Союзом и НАТО в общем и со странами Скандинавии в частности.
 
В 2013 году самым важным в российской внешнеполитической повестке может стать налаживание отношений с Украиной. Россия будет форсировать интеграционные процессы с Украиной путем взятия под свой контроль украинской газотранспортной системы и призывами к Киеву присоединится к Таможенному союзу.
 
В 2012 году Украина могла противостоять домогательствам со стороны России ощутимо снижая свой импорт российского газа. Но это было возможным благодаря режиму экономии и теплой зиме, а не серьезному прогрессу в диверсификации энергопоставок (как в Польше и Прибалтике) или более тесному сотрудничеству с Европейским Союзом. Поэтому в 2013 году следует ожидать, что Киев будет более сговорчивым и готовым идти на компромисс в отношениях с Москвой.
 
Главной проблемой России на Кавказе в 2013 году будет Грузия. Выход на политическую арену Грузии миллиардера Бидзины Иванишвили и его партии «Грузинская мечта — Демократическая Грузия» усилил влияние России в стране, главным образом за счет антирусского лагеря, возглавляемого президентом Грузии Михаилом Саакашвили. Президентские выборы в октябре и вступление в силу изменений к конституции позволят Иванишвили в 2013 году сосредоточить власть в своих руках.
 
Поскольку внешнеполитический компас Тбилиси больше не указывает на Запад и НАТО, а даже наоборот – все идет к нормализации отношений с Россией, Грузия в 2013 рискует оказаться в неприятной для себя ситуации, поскольку новая политическая реальность может привести к напряженным отношениям с другими региональными игроками, обеспокоенными ростом российского влияния, например, с Азербайджаном.
 
Киргизия и Таджикистан усилят экономическое и оборонное сотрудничество с Россией и продвинутся вперед в реализации своих планов присоединиться к Таможенному союзу в 2014 году. Узбекистан продолжит противиться интеграционному давлению со стороны России, но все попусту, поскольку ничто не указывает на прогресс сотрудничества в сфере безопасности этой среднеазиатской страны с Западом или Китаем.
 
Россия и Запад
 
В 2012 году Россия изменила тактику своих отношений с Европой, пытаясь сохранить свое нынешнее присутствие в европейских делах и приберечь кое-какие средства влияния на будущее. Главным рычагом влияния Кремля на Европу является зависимость последней от поставок энергоресурсов из России, и Москва знает, что её влияние окажется под угрозой, если вырастет доля рынка нерусских углеводородов.
 
Поэтому в 2012 году Россия начала отказываться от агрессивного размахивания энергетическим кнутом, особенно в сфере ценообразования, пытаясь наладить долгосрочные контрактные отношения, которые удержат российскую долю рынка энергоресурсов у её стратегических клиентов, таких как Германия, Италия и Турция. Россия продолжит придерживаться этой стратегии и в 2013 году, строя прямые трубопроводы в Европу.
 
Также Россия попытается снизить свою зависимость от европейского потребительского рынка, запустив несколько крупных энергетических проектов в Восточной Сибири с прицелом наладить в будущем поставки нефти и газа на азиатские рынки.
 
Главной целью энергетической политики России в Европе является заключение стратегических союзов, особенно с Германией, чтобы иметь влияние в регионе. Тем не менее, усилия России в этом направлении будут в 2013 году ограниченными: во-первых, Россия по прежнему не перестает навязывать Европе свое видение энергетической и оборонной политики; во-вторых, Германия будет занята решением более срочных внутренних проблем.
 
Поскольку Россия все же пытается наладить нормальные отношения с крупнейшими европейскими потребителями её нефти и газа, она скорее всего будет избегать агрессивной стратегии по другим направлениям, в том числе по поводу планов США разместить в Европе в этом году системы ПРО.
 
Соединенные Штаты и Российская Федерация продолжат консультации по поводу торговых отношений, нового договора о ядерных вооружениях и роли Москвы в Иране и Сирии. По мнению Stratfor, ничего серьезного, что могло бы застопорить переговоры по этим и многим другим вопросам, произойти не должно.
 
Безопасность в Центральной Азии
 
Низкий уровень нестабильности и противостояния, который наблюдался в Центральной Азии в 2012 году, продолжится и в 2013. Главным образом насилие и вооруженное противостояние в регионе будет вызвано политическими факторами, например, в Казахстане, где остро стоит вопрос о том, кто же станет приемником действующего президента Нурсултана Назарбаева.
 
В Узбекистане и Киргизии продолжится противостояние, ожидаются приграничные вооруженные столкновения. Особенно острой будет ситуация в Таджикистане, поскольку там в ноябре 2013 года будут президентские выборы и существует риск, что политическая нестабильность может привести к возобновлению некоторых тлеющих элементов гражданского противостояния, как это здесь было во время гражданской войны в 1990-х.
 
Непрекращающееся региональное соперничество между этими странами (которые делят между собой беспокойную Ферганскую долину) может легко привести к возникновению в любой из них какого угодно конфликта, который легко перешагнет государственные границы. Более того, запланированный на 2014 год вывод войск США/НАТО из Афганиста может спровоцировать в Центральной Азии дополнительные проблемы. 
 
Ближний Восток
 
Арабский мир застрял между двух эпох. Первая началась здесь после завершения Второй мировой войны, когда арабские диктатуры и монархии вытеснили империалистов и перестали быть колониями. Вторая эпоха начинается в наше время: происходит примерно то же самое, только на этот раз радикальные исламисты пытаются опрокинуть светские арабские режимы. Скорее всего, перестройка по-арабски займет годы, а игроки, преследующие в регионе собственные интересы, включая США, Турцию, Россию и Францию, будут бороться, пытаясь изменить ландшафт каждый максимально себе на пользу.
 
Хитросплетения Северного Леванта
 
Особенно заметным противостояние двух эпох будет в регионе Северного Леванта, где Сирия и Ливан продолжат падение. С точки зрения аналитиков Stratfor, режим в Сирии уже пал и власть постепенно переходит в руки различных группировок повстанцев, каждая из которых преследует собственные цели. Сегодня в Сирии не существует политической силы, способной объединить под своим контролем всю территорию страны и, скорее всего, не появится её и в ближайшем будущем. Но все же, среди всех противоборствующих сирийских кланов, алавитская группировка, поддерживающая действующего президента Асада, является первой среди равных, противостоящих своим суннитским оппонентам. Суннитские группировки пока еще не пришли к соглашению насчет общих действий против клана Асада. Но как только Башар Асад полностью утратит власть, не важно, путем ли политического соглашения, или в результате военного поражения, суннитские группировки распадутся по идеологическим, этническим и географическим мотивам. Тогда джихадисты-салафиты начнут борьбу против политически более умеренных представителей «Братьев-мусульман» и светских суннитов. Христиане-марониты, друзы, курды, палестинцы и другие меньшинства окажутся в подвешенном состоянии, пытаясь хоть как-то защитить свои интересы путем создания собственных ополчений и заключения гибких альянсов в то время, как страна будет погружаться в беззаконие.
 
После того, как Алеппо ушел из их рук, алавиты попытаются максимально закрепиться в Дамаске, готовясь к массированному отступлению в сторону побережья. Последствия битвы за Дамаск выходят далеко за рамки этого прогноза, но все же. Алавитам чем дальше, тем труднее становится удерживать под своим контролем сирийское побережье. Проще говоря, они откажутся от традиционной военной тактики к перейдут к партизанским действиям, как только окажется, что удерживать дальше Дамаск невозможно. Их внимание переключится на предотвращение (при поддержке Ирана) консолидации нового правящего режима, который возникнет после падения Асада. США, Турция, Франция и другие страны попытаются после свержения действующего сирийского президента сформировать переходное правительство и максимально сохранить государственные институты, чтобы смягчить неминуемый период послевоенной смуты, но авторитет нового правительства будет невысоким, а его устойчивость будет так же под вопросом, поскольку в стране продолжится дезинтеграция.
 
Без всякого сомнения, утеря алавитами контроля над Дамаском приведет к сильнейшим межконфессиональным столкновениям в Ливане, особенно в северных приграничных районах, когда ободренные успехом сирийских повстанцев местные сунниты попытаются оспорить влияние шиитов, а вооруженные отряды Хезболлы выступят на защиту своих позиций. Ливанские кланы готовятся к неизбежным столкновениям и мобилизируют своих комбатантов, заключая попутно альянсы и союзы.
 
Угроза использования отчаявшимися алавитами химического оружия может ускорить разрешение ситуации. Международной общественности под предводительством Соединенных Штатов придется спешно собраться с силами, чтобы не допустить использования ОМП. Чтобы было понятно, США не ищут предлогов для военной интервенции, напротив – они прилагают все усилия, чтобы не ввязаться в еще одну войну в мусульманском мире в этом году.
 
Иран расправил плечи
 
Скорее всего, военного конфликта между Ираном и США в 2013 году не будет. Иран может сеять раздор в Сирии, Ливане, Секторе Газа и Афганистане, но все же он обладает недостаточным политическим влиянием, чтобы Вашингтону пришлось срочно что-то решать военными методами. США скорее сделают ставку на экономические санкции и позволят иранской фортуне сыграть в Сирии и Ливане: все будет идти своим чередом и руки Ирана окажутся связанными. И Вашингтону незачем будет соглашаться на уступки, чтобы умерить пыл Тегерана.
 
Растущее напряжение в отношениях Ирана и США все более превращают первого в такого себе местного «козла отпущения». До тех пор, пока Исламская Республика способна создавать в регионе неудобства своим противникам, её закат будет замедляться. Тегеран будет тратить значительные ресурсы на политическую, экономическую и военную помощь своим союзникам в Сирии и Ливане, поэтому он будет играть крайне важную роль в нарастании нестабильности и разжигании гражданских войн в Северном Леванте. Также Иран будет поставками вооружений поддерживать свое присутствие и защиту интересов на палестинских территориях.
 
В любом случае, главным приоритетом Ирана будет Ирак. Объединение суннитских сил в Сирии по любому вылезет боком в Ираке, где будет оспорено доминирование шиитов. Чтобы эта ситуация разыгралась потребуется время, но Иран, чтобы не допустить этого, начнет укреплять своих иракских союзников попутно используя растущий раздор среди курдов, пытающихся сохранить свое влияние в Ираке в постоянном противостоянии с турками и суннитами. Растущее напряжение между шиитским правительством Ирака и курдами, равно как и суннитами, только сыграет на руку Тегерану в его влиянии на Багдад, поскольку иракские шииты становятся все более изолированными и зависимыми от внешней поддержки. Удержание своего влияния в Ираке, который является ключевым звеном иранской контрабанды, является для экономики Ирана критически важным, учитывая жесточайшие международные санкции.
 
Финансовые ресурсы Ирана истощаются под влиянием инициированных США экономических санкций, но мощный государственный контроль над экономикой и умелое использование юридических лазеек в режиме санкций в паре с заинтересованными бизнес-партнерами предотвратят системный коллапс правящего в Тегеране режима. Политическое влияние Корпуса стражей исламской революции в этом году только возрастет – эта сила является крайне важным инструментом подавления мятежных настроений внутри страны и эффективным орудием внешней политики, особенно в военной сфере. Президентские выборы в июне 2013 года покажут снижение влияния клерикальной элиты и популистских кругов, объединившихся вокруг фигуры уходящего президента Махмуда Ахмадинеджада. Политический вакуум, который возникнет после этого, скорее всего будет заполнен представителями Корпуса. Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи попытается умерить их пыл выдвижением на передний план представителей военных и спецслужб, а также – политически более лояльного и сговорчивого кандидата в президенты из прагматичного консервативного лагеря.
 
Перемены в арабском мире
 
Египетские военные будут пытаться адаптироваться к новому мусульманскому политическому режиму. Армия останется главным арбитром в стране и будет руководствоваться множеством факторов в выработке своей позиции по отношению к «Братьям-мусульманам», включая юридическое закрепления своего статуса, внешнеполитические рычаги влияния, экономические и политические преференции. Но ни военные, ни «Братья» не пойдут на смелые односторонние действия по отношению друг к другу. Они взаимно заинтересованы в сотрудничестве в новых политических условиях, поэтому будут пытаться разграничить сферы влияния и прийти к новым соглашениям. Поэтому в 2013 году следует ожидать ситуативного обострения ситуации в Египте, но никакого разрыва между «Братьями-мусульманами» и армией не произойдет.
 
«Братья» смогут удерживать весомое присутствие в парламенте, но им придется столкнуться с сопротивлением, оказываемым представителями интересов старого режима, при утверждении своего контроля над государственными институтами. Популярность «Братьев-мусульман» в народе пойдет на спад, как только это движение возьмет в свои руки все рычаги государственного управления в условиях ухудшающейся экономической ситуации. Египет все более будет зависеть от иностранной помощи, как только его новое правительство начнет реализовать непопулярные и жесткие механизмы бюджетной экономии, что, несомненно, будет угрожать дестабилизацией обстановки.
 
Процессы, которые происходят в Египте, могут привести к вспышкам насилия на Синайском полуострове и в Секторе Газа, но ожидать значительного противостояния между Египтом и Израилем в этом году не стоит. После демонстрации своего военного потенциала в конце 2012 года, в 2013 году ХАМАС сосредоточится на легитимации своего присутствия в регионе, главным образом за счет падения популярности своих светских конкурентов из ФАТХ. ХАМАС будет всячески пытаться обуздать любых потенциальных политических противников в Секторе Газа, что может повлечь за собой изменение политической траектории группировки, пытающейся расширить свое влияние на Западном берегу.
 
Иордания, еще одна жертва «Арабской весны», но о которой говорят гораздо меньше, в этом году по-тихому будет сползать в полную дестабилизацию. У Хашимитской монархии остается все меньше места для маневра в конфликте с местным отделением «Братьев-мусульман» и усилением племенных группировок. Также все больше волнуются городские иорданцы палестинского происхождения. Поддержка противоборствующих группировок со стороны арабских монархий Персидского залива лишь подольет масла в огонь и уязвимость правящего дома Иордании только повысится.
 
Турция и Израиль
 
Сильно повлияют тектонические изменения на арабском континенте и на Турцию с Израилем, учитываю, что особых рычагов для управления ситуацией у них нет. Оба бывших союзника, конечно же, будут пытаться нащупать пути восстановления тихих и спокойных рабочих отношений и в условиях перманентного стресса, но официального восстановления дипломатических отношений вряд ли стоит ожидать.
 
Израиль будет пытаться наладить внутренние механизмы адаптации к новым внешним условиям, когда на старых союзников уже нельзя положиться. Турция же наоборот видит новые возможности для себя в условиях роста исламистских настроений в арабском мире, но у Анкары имеются очень ограниченные ресурсы для активных действий за своими границами. Более того, вакуум власти, который возникнет в Сирии, еще больше снизит шансы Турции на распространение своего влияния за рубежом. Поскольку сирийские курды стремятся к автономии, иракские курды будут использовать этот козырь в переговорах с Анкарой. Попытки Ирана снизить влияние Турции в Ираке и Сирии, играя на курдском сепаратизме, еще более усложнит туркам жизнь. Рост регионального влияния курдов является головной болью Турции, да еще на фоне замедления экономики, сильно повлияет на её внутриполитические расклады во время электорального сезона 2014 года, но турецкой оппозиции вряд ли удастся подорвать популярность правящей партии.
 
Беспокойная Аравия
 
Саудовская Аравия также столкнется с ограниченностью своего влияния в послеасадовской Сирии. Правящий дом радуется, конечно, спаду иранского влияния в Леванте, но настороженно наблюдает за ростом активности Ирана в непосредственной близости от своих границ. Также Саудитов очень беспокоит рост регионального влияния «Братьев-мусульман» и они пытаются хоть как-то нивелировать его, поддерживая джихадистов-салафитов в Сирии и Ливане. Более агрессивная политика Саудовской Аравии в Сирии неминуемо приведет к ужесточению там гражданской войны и столкновению с другими игроками – Турцией, Катаром и Иорданией.
 
88-летний саудовский король Абдалла испытывает серьезные проблемы со здоровьем, а это означает, что в случае его смерти отойдет от правления второе поколение саудовских монархов. Принц Салман бин Абдулазиз наследует Абдалле и существуют все признаки того, что с его приходом к власти придет третье поколение, влияние которого в государстве сильно возрастет. На периферии Саудовской Аравии Бахрейн будет удерживать волнения шиитов на приемлемом уровне, благодаря манипулированию умеренным шиитским движением «Аль-Вифак». В южной части Аравийского полуострова правительство Йемена попытается перегруппировать свои силы в разгорающейся борьбе за власть, что, скорее всего, приведет к еще большей нестабильности.
 
Беспокойный Магриб
 
Пока слабые правительства Ливии и Туниса продолжают бороться за институционализацию своей власти вдоль побережья Средиземного моря, регионам Южного Магриба и Сахеля угрожает опасность дальнейшей дестабилизации: региональные подразделения «Аль-Каиды» планируют отходить из Мали и готовятся к вмешательству сил Запада. (Прогноз вышел до начала вторжения в Мали. О ситуации в этой стране читайте аналитическую статью Александра Роджерса «Вторжение Франции в Мали: двойные стандарты «демократических империй»». Как видим на этом примере, прогнозы Stratfor начинают сбываться — прим. ред.)
 
Ливия, Тунис и Египет все еще связаны внутренними потрясениями, тогда как Алжир, который совсем недавно прошел через гражданскую войну, владеет всеми ресурсами и энергией, чтобы стать региональным лидером Магриба. Ключом к стабильности Алжира является его способность сдерживать боевиков-исламистов. Алжир будет стараться повлиять на международное присутствие в Мали в соответствии со своими собственными интересами и попытается использовать все свои миротворческие возможности и энергетические ресурсы для налаживания хороших отношений с Западом, чтобы получить признание роста своего регионального влияния и решение проблем своей безопасности. 
 
Уход США из Афганистана
 
Накануне вывода в 2014 году вооруженных сил США из Афганистана усиливаются тенденции в сопутствующих этому консультациях, которые предполагают участие Талибана в будущем правительстве. Талибы могут пойти на демонстрацию своих организационных возможностей чтобы подчеркнуть свою роль в политике. В зависимости от хода консультаций, Талибан может учредить легальную политическую организацию, которая будет представлять муллу Омара в будущих переговорах по поводу дележа власти.
 
Соединенные Штаты могут пойти на уступки в признании политического статуса талибов и использовать растущий интерес движения в привлечении международных инвестиций, чтобы получить гарантии нейтрализации влияния международных джихадистов. В то же время США сконцентрируются на поиске замены нынешнему президенту Афганистана Хамиду Карзаю, чтобы еще больше контролировать Талибан.
 
Южная Азия
 
Переговорам в этом году будут мешать многочисленные препятствия. Ожидается всплеск насилия – как в результате официально санкционированных атак на террористов, предназначенных для получения преимущества за столом переговоров, так и нападений Талибана в союзе с Аль-Каидой по обе стороны афгано-пакистанской границы. Кроме того, в Пакистане начинается год выборов: парламентские выборы, запланированные на 2013 год, должны впервые привести к избранию  демократического правительства и мирной передаче власти из рук старого.
 
К концу года Пакистан ожидают также перестановки в военном руководстве. Скорее всего, во время передачи власти баланс сил в гражданской и военной сферах будет поддерживаться и, следовательно, никаких серьезных изменений во внутренней и внешней политике Пакистана не следует ожидать. Новое военное руководство уже ведет переговоры с США по поводу урегулирования в Афганистане. Но сложность переговоров и политические интересы в предвыборный период позволят Исламабаду поднимать более острые вопросы, особенно учитывая то, что Пакистан пытается контролировать внутреннюю вооруженную оппозицию, выступающую против переговоров.
 
Намерение Вашингтона сократить свое присутствие в регионе спровоцирует региональных игроков попытаться заполнить возникшую пустоту. Пакистан увеличит сотрудничество с Россией, Средней Азией и Ираном, чтобы быть готовым к «постамериканскому» Афганистану.
 
Индия, разделяя региональную озабоченность по поводу расползания воинствующих исламистов с территории  Афганистана, также начнет приделять больше внимания этим региональным игрокам, чтобы хотя бы  сохранить свое до сих пор ограниченное экономическое и дипломатическое присутствие в регионе и защитить себя от неизбежного роста нестабильности, исходящей из Юго-Западной Азии.
 
Индия и Пакистан по-прежнему с опаской относятся друг к другу, но они начнут медленный процесс нормализации отношений, чтобы быть в курсе планов друг друга по поводу Афганистана и предотвращения роста напряженности.
 
Балансирующая Индия
 
Индия также обратит свое внимание на Восток, где Соединенные Штаты по-тихому пытаются сформировать коалицию из своих региональных союзников, чтобы сохранить контроль над Китаем в Индо-Тихоокеанском бассейне. В частности, одно из главных политических сражений за перераспределение влияния в регионе произойдет в Мьянме.
 
Индия будет избегать формального блокирования, но найдет общий язык с Японией, Австралией и Юго-Восточной Азией, что позволит Японии расширить свое экономическое, политическое и оборонное присутствие в регионе. Индия не желает конфронтации с Китаем, а также не хочет быть втянутой во внешнюю политику США в регионе, когда дело дойдет до таких проблем, как Китай и Иран. Как и Пакистан, Индия потратит некоторое количество ресурсов на дипломатическом фронте для нормализации своих отношений с Пекином.
 
В глазах индийской общественности проблемы замедления экономического роста страны и увеличение потребности в энергии являются более приоритетными, чем проблемы внешней политики. Как только оппозиция попытается объединиться под новым руководством перед выборами 2014 года, она сразу же начнет соревноваться на региональном уровне с правящим меньшинством из Объединенного прогрессивного альянса в рамках подготовки к выборам.
 
Восточная Азия и Китай
 
В 2013 году три процесса будут влиять на повестку дня в Восточной Азии: старание Пекина сохранить социально-политическую стабильность на фоне спада его экспортоориентированной экономики; ускорение модернизации вооруженных сил Китая и его все возрастающая агрессивность в попытках защитить свои территориальные и экономические интересы в регионе; попытки других региональных игроков, в том числе и США, адаптироваться к изменениям, происходящим в Китае.
 
Китайская экономика в этом году продолжит постепенный и болезненный процесс перехода от высокого экспортного роста к модели, более устойчивой в долгосрочной перспективе. Китайский экспорт сократит свой рост на фоне спада европейского спроса.
 
Росту экспорта также будут препятствовать рост зарплат и производственных затрат в традиционных китайских экспортоориентированных прибрежных регионах, снижая экспортную конкурентоспособность Китая сравнительно с другими региональными экономиками таких стран, как Индонезия, Филиппины и Вьетнам.
 
Но с приближением второй волны глобального финансового кризиса, сравнимой в масштабах с кризисными 2008-2009 годами, прибрежная производственная экономика Китая рухнет не  сразу. Снижение будет постепенным. В 2013 году еще больше заводов, особенно с низким уровнем конечной сборки с самой низкой нормой прибыли, покинут Китай. Другие производители, учитывая преимущества превосходной транспортной системы Китая, развитой инфраструктуры, налаженных цепочек поставок, а также его растущий потребительский рынок, останутся на месте или переместятся вглубь страны, где рабочая сила в изобилии, а заработная плата ниже.
 
Продолжающийся постепенный спад экономики в прибрежной зоне Китая, известной в качестве мирового центра производства, в течение ближайших нескольких лет приведет к росту безработицы и социальной напряженности, когда более 250 млн китайских трудовых мигрантов начнут возвращаться вглубь страны в поисках работы.
 
Поэтому Пекину придется продолжать балансировать во внутренних конфликтах весь 2013 год. Ему необходимо будет обеспечить высокий уровень производства и занятости в то время, когда прибрежные заводы и фабрики станут увольнять рабочих или вообще закрываться. Но Коммунистическая партия Китая не может себе позволить допустить дестабилизацию в стране, начиная с высокой инфляции и заканчивая лопанием пузыря недвижимость, поэтому, следует ожидать второго раунда правительственного стимулирования экономики, как это уже имело место быть ранее в 2009-2011 годах.
 
Поддержание общего уровня занятости будет достигнуто благодаря инвестированию в крупномасштабные инфраструктурные проекты (особенно в развитие транспорта и городского строительства во внутренних провинциях). Также следует ожидать постепенного ослабления контроля за рынком недвижимости. Пекин поддержит экономический баланс за счет стимуляции производственной активности во внутренних провинциях Китая, особенно в тех, что находятся вдоль реки Янцзи и граничащих с прибрежными производственными регионами.
 
В целях урбанизации внутренних территорий китайское правительство может пойти на ограниченные реформы системы регистрации граждан и прописки. Но приоритетная задача поддержания уровня занятости будет сдерживать любые попытки реальной реструктуризации экономики Китая в сторону большей эффективности, производительности и рентабельности. Государственное регулирование и монополия на инвестиции продолжит определять китайскую экономику и в 2013 году.
 
Со стороны представителей китайского экспорта раздается ропот, а в это время правительство пытается перенаправить инвестиционные потоки из сферы недвижимости в сторону более устойчивых проектов. Поэтому ему следует готовиться к защите от потенциальных угроз своей финансовой системы, особенно на фоне разрастания сектора теневого кредитования. «Серые» банки – отнюдь не новость в Китае.
 
Но проблема в том, что за последние несколько лет их роль и вес ощутимо выросли: если раньше это были географически изолированные неформальные ссудные кассы отдельных прибрежных городов, то сегодня это уже целая сложная сеть полу-юридических лиц, оперирующих от 12 до 30 триллионов юаней (от $1,9 трлн до $4,8 трлн) кредитных средств с процентными ставками от 20% до 36%, которые вкладываются в тысячи и тысячи мелких и средних бизнесов по всей стране.
 
Теневое кредитование, по сути, не является проблемой. Более того, оно необходимо в экономике, в которой официальное финансирование зачастую ограничивается лишь госкомпаниями. Но экспортный рост замедляется, а неограниченное денежное стимулирование (большинство из которого ушло на строительство, взвинтив внутрикитайский спрос на сталь, цемент, уголь и другие материалы в период между 2009 и 2011 годами до небес) также исчерпывает себя.
 
Это означает, что все больше и больше становится желающих получить «серые» кредиты. Пекин вполне способен погасить краткосрочные финансовые риски, если в 2013 году разразится кризис теневой банковской системы Китая. Тем не менее, сопутствующие эффекты от инфляции и безработицы до протестов со стороны инвесторов теневого банковского сектора (к которым принадлежат в том числе и миллионы простых китайских граждан) могут существенно обострить внутреннюю социальную и политическую стабильность Китая.
 
Задачи, стоящие перед Партией и правительством…
 
В 2013 году Коммунистической партии Китая придется что-то делать с огромными социально-экономическими переменами на фоне смены поколения своих лидеров, а также поработать над пересмотром и обновлением своего публичного имиджа, если уж ничего нельзя поделать с практиками.
 
Политические скандалы 2012 года сильно подорвали имидж КПК, но сама система пережила неспокойные времена. Смена поколения у власти может дать партии шанс перестроить свои фаланги и возобновить полный контроль во внутриполитических проблемах, таких как внутренняя безопасность, цензура и военно-бюрократический аппарат, но пока партия все же не может чувствовать себя в безопасности.
 
Растущее в КПК ощущение опасности – как внутрипартийной, так и общественной в связи с тяжелой экономической ситуацией – скорее всего скажется в ужесточении цензуры в онлайновых социальных платформах типа Weibo, в гонениях на религиозные  и другие общественные группы, подозреваемые в оппозиционности и росте китайской военной мощи для защиты национальных интересов в Южно- и Восточно-Китайском морях и в Юго-Восточной Азии.
 
Влияние изменений в Китае на регион
 
Волновой эффект медленного перехода Китая от двух десятилетий царствования в качестве главного мирового поставщика недорогих товаров будет ощущаться в 2013 году сильнее всего в Восточной Азии. Снижение количества прибрежных сборочных производств в Китае предоставит огромные возможности странам Юго-Восточной Азии, таким как Индонезия, Вьетнам, Филиппины и, возможно, Мьянма: все они будут усиленно привлекать иностранные инвестиции, но не только в разработку своих природных ресурсов и сырьевых отраслей, но и под внедрение более эффективной городской, транспортной, энергетической и перерабатывающей инфраструктур и отраслей.
 
В то же время спад в Китае снизит общие темпы роста региона и станет его ближайшей проблемой в краткосрочной перспективе, так как китайское потребление сырья, от которого зависит большая часть Юго-Восточной Азии, стабилизируется после неустойчивого максимума 2010-2011 годов. Более развитые страны региона, такие как Южная Корея, Сингапур и Австралия, также сильно зависящие от спроса со стороны Китая, получат меньше выгоды от оттока иностранных инвестиций из прибрежного Китая и  станут все более сильно стараться поддерживать рост экономики и уровень занятости.
 
Даже в случает структурных изменений в регионе вследствие замедления китайской экономики – и, как следствие, обострения региональной или глобальной экономической нестабильности – растущий военный потенциал и самоуверенность Пекина будут оказывать давление на другие страны Восточной Азии.
 
В Северо-Восточной Азии военная модернизация Китая будет подливать масла в огонь милитаризации Японии, которая в том числе предпримет новые усилия, чтобы снять конституционные ограничения на использование своих вооруженных сил. Это также может ускорить экспансию японского бизнеса и инвестиций из Китая в сторону развивающихся стран Юго-Восточной Азии, поскольку дипломатическая напряженность и территориальные споры все больше угрожают  японским бизнес-интересам в Китае.
 
На Корейском полуострове, который оказался зажатым между китайской военной модернизацией и возможной японской ремилитаризацией, могут начаться процессы большего сближения двух Корей, особенно учитывая попытки КНДР постепенно уменьшить свою зависимость от китайской поддержки.
 
Между тем, Вьетнам и Филиппины, как  наиболее последовательные конкуренты и оппоненты Китая  в Юго-Восточной Азии, будут по-прежнему стремиться к более тесной интеграции в рамках АСЕАН и поддерживать американский бизнес и военное присутствие в регионе.
 
2013 будет решающим годом для Мьянмы, так как она работает над укреплением демократии и уменьшением зависимости от китайских инвестиций. Пекин, видя угрозу от роста инвестиций и влияния Запада в Мьянме своим собственным стратегическим и энергетическим интересам в Юго-Восточной Азии и бассейне Индийского океана, может сорвать демократический переходной процесс в Мьянме – либо через усиление своего экономического присутствия в этой стратегически важной стране, либо путем  разжигания этнической напряженности вдоль китайско-мьянманской границы.
 
То, что произойдет в Мьянме в 2013 году, сформирует будущее Ассоциации стран Юго-Восточной Азии, а также повлияет на связи между АСЕАН и США.
 

Добавить комментарий:

В комментариях не допускаются оскорбления и возбуждение расовой, национальной или религиозной ненависти. Каждый комментатор несет полную ответственность за размещенную им информацию — в ленте блога, сообществах и комментариях.


Security code
Refresh

Наши партнеры:
 
Кафедральный собор Святых Новомучеников г.Мюнхен