Неевропейскость России выявилась сразу, Павел I объявил внешний долг недействительным, а генуэзским и голландским кредиторам предложил взыскать необходимую сумму с Англии, якобы задержавшей вы­плату субсидий на войну с Наполеоном, трагичная судьба его всем известна.
 
Красная крыша. 4.	Россия и Германия, предыстория конфликта
 
Кредиты-то брались, в том числе и у самих Ротшильдов десять миллионов двумя траншами в 1822 году, и позже, в начале 1850-х еще 37 млн. долларов у некого Гопе, однако принимались также меры по ослаблению финансовой зависимости от Запада, сам Николай I старался в долг к Ротшильдам не влезать. Более того в 1850 году он выступил инициатором принуждения Европы к миру: «Я открою огонь по любому, кто выстрелит первым», такая позиция не расходилось с делом, мешая «проектируемости истории».
Например, в 1831 году в Египте случилась первая «арабская весна», против турецкого султана выступили восставшие во главе с Мухаммедом-Али. Неожиданно восставшие оказались вооружены и обучены по принципу европейских регулярных частей, в результате чего терпящий поражение султан обратился за помощью к Англии. Но и Англия и Париж демонстративно молчали, и в конце 1832 года в Стамбул тайно прибыл царский тёзка Муравьев-Амурский, а после переговоров в море вышла русская эскадра. Несмотря на дипломатическое давление Франции и Англии Махмут II запросил у Николая I дополнительной помощи, так как к 1833 году положение его стало катастрофическим. Двенадцатитысячный русский десант стал лагерем возле Стамбула. Англия и Франция, напуганные военным присутствием русских на Босфоре, срочно надавили на Мухаммеда-Али и 24 апреля 1833 года Турция и Египет подписали мирный договор. В то же время Османская и Русская империи заключили договор по которому турки закрывали Босфор и Дарданеллы для третьих стран, Черное море становилось внутренним водным пространством империй.
Тогда Ротшильды взялись финансировать, а по сути организовывать Крымскую войну, которой «британский правящий финансово-политический класс всерьез, «горячо» начал Большую Мировую Игру против континентального евразийского гиганта, который, как он считал, «жить мешает» - так характеризуется ситуация в книге А. Фурсова «De Conspiratione: Капитализм как заговор».
16 августа 1854 года десант с англо-французской эскадры овладел Бомардзундом, русской крепостью в Балтийском море, следом последовала высадка войск на Камчатке, 60 – тысячный турецко-французско-английский десант высадился в Евпатории. В условиях угрозы еще и японской агрессии Россия была вынуждена подписать 7 февраля 1855 года русско-японский договор о разделе Курильских островов и совместном владении островом Сахалин. Вскоре необъяснимо скоропостижно умирает Николай I, через год Александр II подписывает практически ультиматум cо стороны Европы, глава Палаты общин и Либеральной партии Д.Рассел заявляет: «надо вырвать клыки у медведя…» - теперь Турции и России запрещено иметь военный флот на Черном море, так от Крымской войны проиграли обе империи.
Во время Восточной компании Османская империя заняла 7 млн. фунтов у Англии, в результате чего в 1858 году объявила о банкротстве. Россия потратила 800 млн. рублей, для финансирования военных расходов правительству пришлось прибегнуть к печатанию необеспеченных кредитных билетов. Для попытки стабилизировать денежную систему золотым обеспечением был получен крупный кредит, предоставленный английскими Ротшильдами, для покрытия которого в 1867 году было принято решение продать Аляску Соединенным Штатам Америки за 7,3 млн. долларов, которые так и не были получены. Однако, несмотря на тактические поражения, всё это время не было державы, которую можно было бы противопоставить России, продолжавшую вмешиваться во внешнюю мировую политику, которая к тому времени уже стала для «придворных факторов» по-сути внутренней. Развертывание американским союзником Александром II двух русских военных флотов в 1863 году спасло США от повторной колонизации. Кроме того Россия блокирует у себя частные проекты строительства железных дорог, которые перехватывая внутреннюю логистику государства, выступали тараном, ломавшим финансовые системы европейских государств. В 1886 году Россия и «Deutsche Bank» столкнулись в конкурентной борьбе за рынок железных дорог в Болгарии, которая появилась на карте благодаря объявлению Росией войны Турции. Тем не менее, противостояние было проиграно в том числе и потому, что железные дороги и иностранные банки уже и в самой России стали источником запредельной коррупции в самых верхних эшелонах власти.
 
«В это время Ротшильдов обвиняли в том, что они на стороне реакции против народа. Однако после революции 1830 г. Ротшиль­ды почувствовали, что не стоит жестко привязываться к Священному союзу и пред­ложили свои услуги либеральным и «революционным» режимам».
А. Фурсов «De Conspiratione: Капитализм как заговор»
Гейне тоже однажды пришёл к выводу, что «братья Ротшильды — истинные революционеры». Стихийные народные восстания - очень удобный инструмент, вот к примеру, Бэринги с которыми Ротшильды конкурировали за прибыль от репараций ссудили правительство Аргентины крупной суммой, а страну охватило пламя революционных волнений и сделка обернулась финансовой катастрофой. За помощью в спасении старейшего банка Англии премьер-министр лорд Солсбери обратился к Натану Ротшильду, но тот считал, что конкуренты Бэринги теперь должны «удалиться от дел и поселиться за городом, довольствуясь скромными пенсиями».
На невзлюбившего все проявления либерализма прусского короля Фридриха-Вильгельма IV было совершено два покушения, но не они, а народные восстания 1848 года убедили его пойти на уступки. По итогам «народных волнений» он всячески пытался отказаться от короны, которую ему предложило «франкфуртское национальное собрание», назвав её почему-то «железным ошейником». Ну а уж после того, как он стал всячески поддерживать Николая I, горячим поклонником которого являлся, и в Крымской войне сохранил нейтралитет, всем стало ясно, что Фридрих-Вильгельм буквально сошел с ума, пришлось ему отречься от престола в пользу Вильгельма I.
Прусский король Вильгельм I с момента вступления в большую политику хотел показать себя защитником «Старой Пруссии», но неожиданное народное восстание вынудило его, сбрить усы и в качестве «почтальона Лемана» бежать в Англию, где защитнику «Старой Пруссии» объяснили, что «конституция вовсе не означает анархию». Приобщившись к демократическим ценностям, Вильгельм вернулся на родину, где финансами занимался банкирский дом Самуэля Блейхредера «S. Bleichröder Bank» - с 1828 года официальный партнёр банка "De Rothschild Freres" в Пруссии. Герсон Блейхрёдер создал свою частную разведывательную службу, через которую за 400 тысяч талеров были подкуплены венгерские националисты, которые начав восстание, подыграли Пруссии во время Австро-Прусской войны 1866 года. Через год разгромленная Австрия превратилась в Австро-Венгрию, с двумя парламентами и правительствами, что сильно ослабило монархию Габсбургов
Вложения в венгерских националистов окупались с лихвой, если принять во внимание 20 миллионов талеров контрибуции, полученные с Австрии, кроме того Австрия обязалась признать границы намеченного германского союза. Сторонником альтернативного объединения немецких земель под собственным началом был баварский король Максимилиан II, к моменту событий скоропостижно скончавшийся после поездки в Италию. Вступивший на престол Людвиг II, который был готов отречься от престола, чтобы не вступать в войну с Пруссией, проигрыш которой обязал баварцев участвовать в войне с Францией на стороне Пруссии и выплатить астрономические репарации 154 млн. марок. Бисмарк появился на исторической сцене в 1851 году представителем Пруссии на встрече Конфедерации во Франкфурте, которую, чтобы далеко не ходить, Ротшильд проводил прямо в своём саду, где, как пишет Ф. Мортон: «ос­трый взгляд Амшеля немедленно отличил этого новичка в толпе дипломатов и чиновников». Остаётся только поразиться наметанному взгляду сына основателя династии, потому что жизнь Бисмарка в Гёттингене «заставила его влезть в долги». В своей книге Ханна Арендт указывает, что Бисмарк «поддерживал тесные отношения с евреями даже тогда, когда стал премьер-министром и когда его обвиняли в том, что он зависим от евреев и получает взятки от них». Но как всегда нужно уточнить, что это были за евреи, по словам Бисмарка его протекция распространяется на «на состоятельных евреев, ... интересы которых связаны с сохранением наших государственных институтов».
Так вот финансами Бисмарка занимался племянник Майер Карл Ротшильд и друг семьи Герсон Блейхредер, который несмотря на категорический отказ Вильгельма I в июле 1865 продал государственные акции Саарских угольных шахт и Кёльн-Минденской железной дороги, им же прокредитованные двадцатью годами ранее, выручив 20 миллионов золотых талеров, на которые будет организована уже новая, Франко-Прусская компания. Францию, предоставив 50 млн. долларовый кредит, будут финансировать Морганы. В 1868 году в результате «славной революции» была свергнута испанская королева Изабелла II и у престола оказалось два наследника. Вопрос решался миром, но Бисмарк не постеснялся сфальсифицировать текст депеши Вильгельма I и распространить её в газетах, спровоцировав объявление Францией войны Пруссии.
Убывший в военный поход Наполеон III Бонапарт получил шах от собственной королевы. Пользуясь отсутствием мужа, его супруга отправила в отставку правительство, а мужу написала письмо, в котором запретила ему возвращаться в Париж. Таким образом, Наполеон III должен был или пожертвовать столицей или вернуться в Париж и вернуть себе власть, используя армию, но открыть фронт перед войсками Пруссии. После самоотвода короля от командования императрица Евгения приказала маршалу Мак-Магону выдвинуться в сторону северо-запада, во-первых оголив Париж, во-вторых направив французов в окружение в районе крепости Седан, где они и капитулировали 1 сентября 1870 года. Генерал Трюшо при поддержке военных сверг императрицу, после чего та сбежала в Англию. Дело в том, что родители Евгении Бонапарт, в девичестве Монтихо были крупными должниками Джеймса Ротшильда, и династический брак Наполеона III был продиктован кредитором, к которому она прислушивалась также как и его приемнику Альфонсу Ротшильду. Евгения считается истовой католичкой, однако ж родитель её, граф де Монтихо возглавлял испанское масонство и под именем «Дядя Педро» устроил мятеж в Аранхуэсе, приведший к отречению короля. 
Король Вильгельм I и бессменный премьер-министр Отто фон Бисмарк поселились прямо во владениях Альфонса Ротшильда, где Бисмарк продолжил политику, которую сам 2 ноября 1878 г. подытожил как «триумф нашего государственного искусства», так как «нам удалось оставить открытым восточный нарыв и благодаря этому расстроить единство других великих держав и обеспечить наш собственный мир». Союзу трех императоров теперь угрожала опасность не только из-за старого антагонизма между Россией и Австро-Венгрией, но и новых противоречий между Россией и Германской империей, чем был крайне раздражён Александр II.
 
«1(13) июня 1878 г. представители России. Англии, Австро-Венгрии. Германии. Франции. Италии и Турции собрались в Берлине, чтобы на немецкой земле и при германском посредничестве урегулировать конфликт, вызванный русско-турецкой войной…. 63-летний Бисмарк собирался с выгодой для себя осуществить посредничество: он стремился к тому, чтобы ни одно государство не получило всего, чего добивалось, ни одно не осталось без ничего и чтобы на периферии Европы сохранялись очаги напряженности, отвлекавшие на себя внимание держав от Центральной Европы, и таким образом «честный маклер» превратился бы в международного арбитра».
Б. Туполев «Дранг нах зюд-остен»
Дальше произошло то, что Ф. Лор описал так: «Я убежден, что операцией по выкачке золота из Франции руководят вместе с Бляйхредером и главными немецкими банкирами все Ротшильды Германии, Англии и Франции, которые находятся во главе этого предприятия». На переговорах, которыми руководил Блейхредер Альфонс Ротшильд и Бисмарк договорились о контрибуции в 5 млрд. франков репараций, которые были предоставлены Франции Альфонсом и Густавом Ротшильдами, обслуживанием репарационных долговых облигаций занимался банк «Societe Generale». Ротшильды предусмотрительно взяли на содержание жену и детей Вильгельма I.
 
«Франко-прусская война 1870–1871 гг. закончилась победой Пруссии, которая отторгла у Франции Эльзас и Лотарингию с богатыми залежами железной руды и развитой текстильной промышленностью и наложила на нее огромную контрибуцию в 5 млрд, франков. Победоносную войну с Францией прусские помещики использовали для завершения объединения Германии вокруг Пруссии. В январе 1871 г. немецкие князья провозгласили в Версале прусского короля Вильгельма I германским императором. Бисмарк стал главой правительства новой Германской империи. Созданная в результате ряда войн Германская империя стала очагом постоянной военной опасности».
Г. Шигалин «Военная экономика в Первую Мировую»
 
18 января 1871 года в зеркальный зал версальского дворца на провозглашение Вильгельма I императором не прибыл только Людвиг II экс-король Баварии, после поражения Пруссии государственный долг которой даже в 1884 году все еще оставался равным 7,5 млн. марок. Сам экс-король во время войны с Францией грозил переходом на сторону противника, но несмотря на это получал ежегодную субсидию в 100 тысяч талеров, которую тратил на постановку опер своего друга Рихарда Вагнера и строительство изысканных замков, а за нехватку средств собирался выпороть министра финансов, а также собрать верных людей с целью начать грабить банки. После таких заявлений в начале лета 1886 года по указанию премьер-министра Лутца консилиум врачей объявил Людвига «неизлечимо душевнобольным» и собрался было препроводить его на принудительное лечение, но встретил отпор со стороны местных жителей. Воззвание к народу было перехвачено, тираж единственной газеты, успевшей его опубликовать был изъят. Со второй попытки в силу предательства управляющего замка, буйный экс-монарх был вывезен в Берг. Психиатр Бернхард фон Гудден признал у него «параною в тяжелой форме», однако не побоялся, отпустив телохранителей 13 июня отправиться со своим пациентом на прогулку к озеру Штанберг. 
Оба были найдены в озере при зонтиках и в сюртуках, врач со следами борьбы на теле. Так печально закончиться бунт немецкой аристократии против банковской системы, с которой другой известный поклонник Вагнера будет более сговорчив.
Когда Ф.М.Достоевский запишет у себя в дневнике: «Да, Европа стоит на пороге ужасной катастрофы... Все эти Бисмарки, Биконсфильды, Гамбетты и другие, все они для меня только тени... Их хозяином, владыкой всего без изъятия и целой Европы является еврей и его банк…» - он будет недалек от истины, новоиспечённые главы Второго Рейха взялись готовить «Drang nach Osten», при этом сам термин принадлежит польскому революционеру – Юлиану Клачко (Julian Klaczko) из семьи состоятельного еврейского торговца текстилем Цви Хирша Клачко, бизнес которого был связан с Германией.
 
«Суть в том, что в 1880–1890-е годы стартовала антироссийская фаза в истории капиталистической системы. Одновременно произошло качественное изменение в организации и внутренней борьбе наднациональных структур мирового управления – изменение, связанное с русским и германским вопросами. Бесконтрольные потребление верхов и эксплуатация им населения создавали предпосылки для кризисов, которые заинтересованные силы (в том числе и за кордоном) превращали в смуты и революции (1905, 1917 годы)».
А. Фурсов «Как России выжить и победить в XXI веке?»
За сто лет с 1804 по 1904 год семья Ротшильдов на одних только займах они получили 1300 млн. фунтов стерлингов, по прежней немецкой денежной системе это составляло 26 млрд. марок, а в последней немецкой валюте около 70 млрд. марок. В добывании этих процентов успеет поучаствовать и Россия. «Нам в бой идти приказано: "Союзных ради наций!" А главное не сказано. Чьих ради ассигнаций?» - как-то напишет Демьян Бедный. Определённо можно сказать ради чьих ассигнаций русские войска будут в 1900 году штурмовать Пекин. В 1893 году Россия получила крупнейший кредит из Франции, через два года в обмен на приобретение концессий на строительство железной дороги на севере Китая от имени России её соседа на сумму в 400 млн. франков золотом кредитовал банк «Credit Lyonnais». Участие Альфонса де Ротшильда в основании «Credit Lyonnais» обнаружил в архивах банка историк Жан Бови (Jean Bouvier), где сказано, что участие знаменитого банкира «внесло в эти дела что-то вроде предопределённости конечного успеха». В тот же, 1895 год появился «Русско-Китайский банк», принадлежащий французским банкирам, по договору полоса земли под построенной им железной дорогой фактически больше не принадлежала Китаю и не облагалась пошлинами, создавалось что-то вроде «свободных экономических зон», в которых работают современные китайские фабрики – основа «экономического чуда». В 1898 году взросший на торговле наркотиками китайский «филиал» Ротшильдов «Hong Kong & Shanghai Banking Corp.» («HSBC») с партнёром предоставил Китаю заем размером 16 млн. фунтов стерлингов, а судоходная река Янзцы сделалась сферой интересов Англии. В конце концов, от такого «вступления в семью цивилизованных народов», приведшему к полному обнищанию всех слоёв населения вспыхнуло восстание, лидером которого стало общество «Ихэцюань», что значит «Кулак, поднятый во имя мира и справедливости» - символика, заимствованная современными «цветными революциями». Восстание остановило работу железной дороги, которая вроде как в концессии у России, поэтому «принуждение к миру» должников было организовано русско-немецко-английско-японско-американской коалицией.
Однако участие в операции усилило положение России на Дальнем Востоке, в 1902 году заключается англо-японский союз, который инициировал Русско-Японскую войну 1905 года, финансировавшуюся на средства Якоба Шиффа. Эту помощь и свой долг перед «определёнными евреями» помянёт в 1939 году посол Японии в Берлине Осима Хироси (Baron Oshima Hiroshi), определённым евреем был Якоб Шифф организовавший через банк «Kuhn, Loeb & Co.» государственный облигационный займ для правительства Японии размером 200 млн. долларов.
В это время на западе к новой агрессии готовили созданный Второй Рейх, где пожар войны вовсю раздувался «железным канцлером» и Вильгельмом II, чей папа вырос на содержании Ротшильдов.
 
«Могущество России может быть подорвано только отделением от неё Украины… необходимо не только оторвать, но и противопоставить Украину России, стравить две части единого народа и наблюдать, как брат будет убивать брата. Для этого нужно только найти и взрастить предателей среди национальной элиты и с их помощью изменить самосознание одной части великого народа до такой степени, что он будет ненавидеть всё русское, ненавидеть свой род, не осознавая этого. Всё остальное — дело времени".
Отто фон Бисмарк, первый канцлер Германской империи Второго Рейха
В мае 1899 года по инициативе Николая II в Гааге прошла первая мирная конференция по разоружению. В 1912 году император Вильгельм II записал, что наступает эпоха Третьего великого переселения народов, в ней германцы будут воевать с русскими и галлами. И никакие мирные конференции не смогут изменить этого, так как это не вопрос политики, а «вопрос выживания расы». Возможно, наибольшее воздействие в плане антагонизации двух народов сыграл остзеец В. Хен, задавший тренд сравнения русских с «китайцами Запада», у которых вековой деспотизм пропитал душу, у которых нет ни совести, ни чести, которые неблагодарны и любят лишь того, кого боятся. Благодаря активной пропаганде стремление к войне в Германской империи стало общенародным. В 1887 году будущий рейхсканцлер Второго Рейха Бернгард фон Бюлов в своём письме расширил границы притязаний:
"Мы должны пустить русскому при случае столько крови, чтобы тот не почувствовал облегчения, а двадцать пять лет был не в состоянии стоять на ногах. Нам следовало бы надолго перекрыть экономические ресурсы России путём опустошения её черноморских губерний, бомбардировки её приморских городов, возможно большим разрушением её промышленности и торговли. Наконец, мы должны были бы оттеснить Россию от тех двух морей Балтийского и Черного, на которых основывается её положение в мире, однако я могу представить себе Россию действительно надолго ослабленной только после отторжения тех частей её территорий, которые расположены западнее линии Онежская губа, Валдайская возвышенность и Днепр…".
Канцлер Германской империи Бетман Гольвег также не скрывал своего враждебного отношения к России, считая, что проблемы взаимоотношения Германии и России разрешимы только в войне. Развитием идеи способствовали работы Фридриха Энгельса, разделившим народы на революционные и реакционные, к последним, по мнению «земляка» концерна «Bayer», относились все славянские народы, которым «предстоит в ближайшем будущем погибнуть в буре мировой революции»:
 
«На сентиментальные фразы о братстве, обращаемые к нам от имени самых контрреволюционных наций Европы, мы отвечаем: ненависть к русским была и продолжает еще быть у немцев их первой революционной страстью … Мы знаем теперь, где сконцентрированы враги революции: в России и в славянских областях Австрии; и никакие фразы и указания на неопределенное демократическое будущее этих стран не помешают нам относиться к нашим врагам, как к врагам»
Фридрих Энгельс «Демократический панславизм»
Еще в 1875 году Ф. Энгельс предсказывал: «Русские должны будут покориться той неизбежной международной судьбе, что отныне их движение будет происходить на глазах и под контролем остальной Европы». Постепенно в работах немецких теоретиков стал вырисовываться образ главного врага, закреплённого идеями Фр. Фон Бернгарди «Пангерманский союз» направлен «против славянских народов, главным образом России». В 1888 году немецкий философ Эдуард Гартман выступил в журнале «Гегенварт» со статьёй «Россия и Европа» с предложением выстроить геополитический барьер в виде «Балтийского» и «Киевского» королевства, одно из которых передать под протекторат Германии, второе – Австро-Венгрии, где немедленно приступили к разжиганию украинского национализма.
Еще далее развитие концепции продвинул генерал Фридрих фон Бернгарди в работе «Германия и будущая война», где появилась пропаганда появившегося в 1894 году по инициативе А. Гинденбурга Пангерманского союза, выросшего на основе Всеобщего немецкого союза. Союз объединял в своих рядах крупных промышленников, землевладельцев, а также консервативную интеллигенцию и к концу Первой мировой войны насчитывал 40 тыс. членов. Активно сотрудничал с аналогичными организациями: Военным союзом, Колониальным обществом, Флотским союзом, Морской лигой, Имперским объединением, каждая из которых пропагандировала агрессивную политику Германии и формулу успеха германской нации: «Пруссия – под руководством прусского короля, Германская империя – под руководством Пруссии, мир – под руководством Германии». Прусский министр образования в 1891 году указывал на необходимость воспитания и обучения молодых людей таким образом, чтобы они «облагораживались энтузиазмом за германский народ и величие германского гения» в результате в 1910 году указом кайзера появилась «Юношеская армия» («Югендвер») – прообраз «Hitler-Jugend». В меморандуме Пангерманского союза, подготовленном в сентябре 1914 г. его председателем Г. Классом и одобренном ведущими представителями крупной промышленности, говорилось: «русского врага» необходимо ослабить путем сокращения численности его населения и предотвращения в дальнейшем самой возможности ее роста, «чтобы он никогда в будущем не был бы в состоянии аналогичным образом угрожать нам». Позднее как-то забудется, что все пресловутые идеи Третьего Рейха: и «Drang nach Osten» и «Югендвер» - порождение отнюдь не гитлеровского злого гения, и что
«… ярая ненависть пангерманистов к славянским национальностям - ненависть, которая прочно утвердилась задолго до того, как движение стало антисемитским, и которая одобрялась его еврейскими участниками»
Ханна Арендт «Истоки тоталитаризма»
 
Научная элита была еще более решительно, чем художественная ангажирована Вторым Рейхом. В потоке брошюр, призывов и книжных публикаций они оправдывали немецкую военную политику. Геккель, наследник Дарвина в своей книге "Мысли о мировой войне" отдавал Германии территории от Балтики через Ла-Манш до Гибралтара. Немецкая интеллигенция: Герхард Гауптман и Макс Либерман считали себя обязанными помогать пером и кистью фронту и военным притязаниям Германии. Художник Макс Бекман говорил о войне как о «чудесной катастрофе», присутствие на которой в течении всего лишь года так серьезно повредила психику юному санитару, что его картины в период Третьего Рейха отнесут строго к дегенеративному искусству. Томас Манн воспевал художника-солдата, называя их «по сути идентичными натурами». Со всех сторон войну объявили «войной культур», а немецкую систему бюрократического господства с парламентским контролем - «идеальной формой господства 20 века, которая в состоянии лучше решить социальные проблемы индустриального общества, чем парламентские системы Запада».

 

Наши партнеры:
 
Кафедральный собор Святых Новомучеников г.Мюнхен
 
Радонеж