Бытие народов испокон веков определялось интересами их свободного, независимого развития в обособленных государственных образованиях. Одна­ко войны, постоянно возникавшие между разными государствами на Земле, ставили под сомнение и оправданность принципа национального самоопреде­ления, и само существование государств, постоянно конфликтующих друг с другом. Наиболее громко такие сомнения зазвучали в годы Первой и Второй мировых войн.

Уже Первая мировая оживила идею возможности и необходимости создания единого бесконфликтного мира. К этому подталкивали чудовищные жертвы, не­бывалые в новейшей истории. Только погибших было около 20 миллионов!

К сожалению, противники войны выбрали мишенью для обличений не аг­рессивные элиты государства, а сами государства. Их институты, обычаи и даже их историю. В 1930-е годы знаменитый писатель и общественный де­ятель Герберт Уэллс выступал по всему миру с докладом “Яд, именуемый ис­торией”, в котором утверждал, что опасность для мировой цивилизации за­ключена в самом существовании наций и их искусственном культивировании в каждой отдельной стране патриотами, а главным образом — историками. Именно они своим профессиональным интересом к прошлому якобы чрезмер­но подчеркивают общественные и экономические особенности народов, навя­зывают молодежи мысли о национальных различиях. А поступать во имя все­общего благоденствия надо, по убеждению писателя, прямо наоборот. Если мы хотим, чтобы мир был единым, то “мы не должны исходить из понятий на­ции, государства”. Культурному учителю вообще не пристало говорить “наша национальность, наш народ, наша раса”, ибо “вся эта банальная чепуха глу­па и лжива”. Все факты реальной действительности вопреки историческому прошлому свидетельствуют в пользу единого мирового государства — космо­полиса, естественного, а в современных условиях — просто необходимого всемирного братства людей. Его созданию и должно было бы способствовать преподавание истории. В качестве первого шага в нужном направлении пред­лагалось устроить сожжение старых учебников истории и отлучить от препо­давания педагогов, для которых “исходное понятие — нация... излюбленное словечко — интернациональный, а не космополитический” [1].

Вторая мировая война с её колоссальными человеческими жертвами вдохнула в эту концепцию новую энергию. В США возникло и развернулось широкое “движение мировых федералистов”, вдохновлявшееся идеей миро­вого государства. В сентябре 1945 года к движению примкнул знаменитый фи­зик А. Эйнштейн, заявивший, что единственный способ спасения цивилиза­ции и человечества — создание правительства, решения которого должны иметь обязательную силу для государств — членов сообщества наций [2].

Готовность к объединению народов в региональном и мировом масштабах высказывалась в разных странах. В годы войны У. Черчилль предлагал объ­единить Англию и Францию. После войны он активно пропагандировал созда­ние Соединенных Штатов Европы [3]. Английский министр иностранных дел Э. Бевин в ноябре 1945 года говорил “о создании мировой ассамблеи, из­бранной прямо народами мира в целом”, о законе, обязательном для всех го­сударств: “Это должен быть мировой закон с мировым судом, с международ­ной полицией”[4].

В 1946 году в сентябрьском номере американского “Бюллетеня ученых- атомщиков” — The Bulletin of the Atomic Scientists— большой приверженец идеи мирового федерализма Б. Рассел подчеркивал, что ядерное оружие раз­рабатывать необходимо “с одной-единственной целью — добиться установле­ния власти мирового правительства”. Он писал, что “кошмар мира, разделён­ного на два враждующих лагеря”, может кончиться только с организацией “мирового правительства”, и полагал, что оно будет создано под эгидой Аме­рики и “только путём применения силы”. Борьба за “единую всемирную фе­дерацию” представлялась философу “наилучшим желанным выходом в усло­виях людского безумия” [5].

Современный американский экономист и политолог Л. Ларуш полагает, что начавшаяся после Второй мировой войны “холодная война” имела своей целью именно реализацию плана Рассела” [6]. В СМИ западных стран можно было найти утверждения, что “мировое правительство” стало неизбежным” и его стоит добиваться, даже если для этого придётся вести “третью мировую войну”; в объединённой Европе “страны полностью откажутся от своего наци­онального суверенитета” и воспримут “сверхсуверенитет международной об­щности” [7].

В июне 1946 года советский журнал “Новое время” познакомил обще­ственность со сборником статей крупнейших американских ученых-атомщи- ков, где обосновывалась идея превращения ООН в мировое государство, призванное спасти мир от атомной войны и осуществлять контроль над атом­ной энергией [8]. В августе 1947 года в городе Монтрё состоялся Конгресс Со­юза Европейских Федералистов (были представлены 16 стран, а также около 40 групп активистов). Принятая на конгрессе “Декларация Монтрё” гласит: “Мы, мировые федералисты, подтверждаем, что человечество может изба­вить себя навсегда от войны при условии создания мондиалистской конфеде­рации... Основание мирового федерального правительства является самой насущной проблемой современности... Только федерализм способен гаран­тировать выживание человека” [9].

Год спустя британский экономист и социальный реформатор лорд У. Беве­ридж по этому поводу заявил: “Какова альтернатива созданию во имя мира Мирового Правительства? Альтернатива этому — война. А война — это разру­шение разумной человеческой жизни... Мы обязаны совершить фундамен­тальные изменения в правительстве мира, так чтобы по возможности иметь Мировое Правительство уже к 1955 году” [10].

После войны к идее создания мирового правительства неоднократно воз­вращался А. Эйнштейн. В сентябре 1947 года в открытом письме делегациям государств — членов ООН он предлагал реорганизовать Генеральную ассам­блею ООН, превратив её в непрерывно работающий мировой парламент, об­ладающий более широкими полномочиями, чем Совет Безопасности, который якобы парализован в своих действиях из-за права вето [11].

В ноябре 1947 года на это предложение отреагировали крупнейшие совет­ские учёные. Академики С. И. Вавилов, А. Ф. Иоффе, Н. Н. Семёнов, А. А. Фрумкин в открытом письме высказали своё несогласие с А. Эйнштей­ном. Наш народ, писали они, отстоял независимость в великих битвах Отече­ственной войны, а теперь ему предлагают добровольно поступиться ею во имя некоего “всемирного правительства”, “прикрывающего громко звучащей вы­веской мировое господство монополий”. Они дипломатично отмечали, что их коллега обратился к “политическому прожектёрству”, которое играет на руку врагам мира, вместо того чтобы прилагать усилия для налаживания экономи­ческого и политического сотрудничества между государствами различной со­циальной и экономической структуры [12]. В ответном письме Эйнштейн на­звал опасения мирового господства монополий мифологией, а неприятие идеи “сверхгосударства” тенденцией к “бегству в изоляционизм”, особенно опасный для Советского Союза, “где правительство имеет власть не только над вооруженными силами, но и над всеми каналами образования, информа­ции, а также над экономическим существованием каждого гражданина” [13]. Иначе говоря, он утверждал, что только разумное мировое правительство мо­жет стать преградой для неразумных действий советской власти. С такими выводами в СССР, естественно, согласиться не могли.

В сентябре 1948 года “Литературная газета” рассказала о “движении ми­ровых федералистов в США”, возглавляемых представителем крупного бизне­са К. Мейером. Под давлением этой организации, насчитывающей 34 тысячи членов, законодательные собрания 17 штатов США приняли резолюции, пред­лагающие конгрессу внести решение о пересмотре устава ООН, а на случай не­приятия предложения Советским Союзом — действовать без него. Был разра­ботан проект “Конституции мира”, известной под названием “Чикагский план”. Над его созданием особый комитет “федералистов” трудился два года. Основ­ная идея этого плана сводилась к тому, что “эпоха наций приходит к концу, на­чинается эра человечества”. Будущего “всемирного президента” необходимо наделить огромными полномочиями: он должен возглавить все вооруженные силы в мире, стать главным судьей — председателем “всемирного суда” [14].

На Западе продолжали рассчитывать на то, что Советский Союз примет предложение о создании “мировой федерации” и западное понимание куль­туры, поскольку, как они считали, коммунистическое учение выросло “из за­падной философии” [15]. В 1948 году группа американских учёных, называю­щих себя “гражданами мира” и представителями “единой мировой науки”, вновь обратилась к учёным всех стран с предложением поддержать создание “Соединенных Штатов Мира” [16]. По представлениям многих приверженцев этой космополитической идеи, образцом мирового государства являлись именно США, и дело оставалось лишь за тем, чтобы “все независимые наро­ды и страны были сведены к положению штатов Техас или Юта” [17].

Советский философ Ф. В. Константинов призывы американцев ко всем людям Земли о необходимости расширить свои понятия “от провинциальных и национальных до космополитизма” разъяснял ещё доходчивее: “Идеологи американского империализма стремятся к установлению такого “мирового по­рядка”, при котором самостоятельные, суверенные национальные государ­ства были бы превращены в разновидности американских штатов, а народы мира низведены до рабского положения американских негров” [18]. В целях облегчения этой задачи “апологеты империалистической экспансии объявляют национальную независимость, государственный суверенитет и самый патрио­тизм “пережитком”, “анахронизмом”, “устаревшей идеей” и т. п. Космополи­ты требуют “ликвидации границ”, “всемирного объединения народов” (конеч­но, под гегемонией США!), создания “всемирного правительства” (конечно же, под руководством США!)” [19].

Реакция И. В. Сталина на подобные предложения нашла выражение в надписи на странице проекта новой Программы партии: “Теория “космопо­литизма” и образования Соед[иненных] Штатов Европы с единым прави­тельством. “Мировое правительство” [20]. Эта надпись, сделанная летом 1947 года, неразрывно связывает теории космополитизма и сверхгосудар­ства, объясняет, по существу, главную причину открытия в СССР кампании по борьбе с космополитами. “Идея всемирного правительства, — говорил секре­тарь ЦК ВКП(б) А. А. Жданов на совещании представителей компартий в Польше в сентябре 1947 года, — используется не только как средство давле­ния в целях идейного разоружения народов..., но и как лозунг, специально противопоставляемый Советскому Союзу, который... отстаивает принцип действительного равноправия и ограждения суверенных прав всех народов, больших и малых” [21]. На протяжении 1945-1953 годов советские СМИ неод­нократно обращались к теме всемирного правительства, разоблачая “реакци­онную сущность” самой этой идеи [22].

Реагируя на выступление американского президента Г. Трумэна перед канзасскими избирателями, в котором он утверждал, что “для народов будет так же легко жить в добром согласии во всемирной республике, как для вас — жить в добром согласии в республике Соединенных Штатов”, советский пра­вовед, член-корреспондент АН СССР Е. А. Коровин писал: Первая и основная задача советской патриотической науки права — “отстаивать всеми доступны­ми ей средствами национальную независимость, национальную государ­ственность, национальную культуру и право, давая сокрушительный отпор любой попытке посягательства на них или хотя бы на их умаление” [23]. По­следовательность советских учёных и политиков в отстаивании суверенитета СССР, в разоблачении космополитизма приводила американских претенден­тов на мировое господство “в ярость” [24], но не меняла их убеждённости в своей правоте и их намерений. “Хотим мы этого или нет, но у нас будет об­щее мировое правительство, — говорил в феврале 1950 года американскому Сенату банкир Д. Варбург. Заметим в скобках, что именно его семья стояла у истоков Федеральной резервной системы США. — Вопрос только в том, бу­дет ли оно создано насильно или добровольно” [25].

Кампания по борьбе с космополитизмом в СССР была направлена не только против претензий США на мировое господство под новыми лозунгами. Она противостояла возникавшим на Западе новым проектам, нацеленным на разрушение советского патриотизма и замену его “общечеловеческими цен­ностями”. Ценности эти оказывались вполне совместимыми с традиционным патриотизмом американцев и отношением к Америке “космополитов” в других странах, призывавших, по примеру французского литератора Ж. Бернаноса, признать Америку “своей дорогой родиной” [26]. К началу 1949 года в пропо­веди космополитизма объединялись представители самых разных сил Запад­ного мира — “от Папы Римского до правых социалистов” [27]. В СССР в этом усматривали создание единого фронта западных государств против Советско­го Союза и стран новой демократии и даже подготовку новой войны.

Отношение в СССР к лицам, подобным французу Бернаносу, лучше всего выразилось в слове “падовцы”, производном от “ПАД” — “пропаганда амери­канской демократии”. Так называлась прослойка политических заключённых из числа репатриантов, возвращённых в СССР из зон действия англо-американ­ских войск. Одно одобрительное слово в адрес англичан или американцев могло стоить им многих лет пребывания в ГУЛАГе [28]. Осознание опасности распространения идей космополитизма и создания мирового правительства для будущего советского государства вылилось в СССР в известную кампанию по борьбе с низкопоклонством и космополитизмом в 1946-1953 годов.

После смерти И. В. Сталина она была свёрнута, началась борьба за реа­билитацию пострадавших в ходе этой кампании “космополитов” и осуждение их гонителей, среди которых М. Ромм (известный кинорежиссёр, пятикрат­ный лауреат Сталинской премии) в 1962 году особо выделял здравствовавших тогда М. Бубеннова, Н. Грибачева, В. Кочетова, А. Первенцева, А. Софроно- ва, А. Сурова [29]. Идеи космополитизма начали оживать в диссидентском движении вместе с пропагандой так называемых общечеловеческих ценнос­тей как необходимого условия для мирного сосуществования культур, с про­пагандой американской демократии как образца демократии во всём мире.

В телеграмме “отца советской водородной бомбы” А. Д. Сахарова прези­денту США Дж. Картеру в 1976 году была выражена уверенность, что “испол­ненная мужества и решимости... первая страна Запада — США — с честью по­несёт бремя, возложенное на её граждан и руководителей историей” [30]. К концу советского периода отечественной истории было распространено мнение, что “настоящие русские интеллигенты в 20-е называли себя интерна­ционалистами, а в 40-е их называли космополитами” (востоковед и писатель

А.    М. Пятигорский, январь 1989) [31], “свобода ведь это, в конце концов, свобода и от национального сознания, за национальным следует космополи­тическое, оно уже у многих людей Запада” (писатель, публицист А. И. Стре­ляный, август 1990) [32].

В проекте “Конституции Союза Советских Республик Европы и Азии” (де­кабрь 1989, статья 4) А. Д. Сахаров предлагал закрепить положение о том, что создаваемый Союз “в долгосрочной перспективе” стремится “к встречному плюралистическому сближению (конвергенции) социалистической и капита­листической систем как к единственному кардинальному решению глобальных и внутренних проблем. Политическим выражением такого сближения должно стать создание в будущем Мирового правительства” [33]. Суждения “отца во­дородной бомбы” произвели большое впечатление и в нашей стране, и в ми­ре. М. С. Горбачёв со временем сделал их основой курса внутренней и внеш­ней политики государства, считая возможным начать конвергенцию в одно­стороннем порядке.

Публицист Поэль Карп в отказе от космополитизма, якобы с незапамят­ных времен присущего русской культуре в большей степени, чем любой дру­гой европейской культуре, видел причину межнациональных неурядиц и... русофобии (?!) в послевоенном СССР и постсоветской России. По Карпу, “крещение Руси означало разрыв с узкоплеменным сознанием и переход к ко­смополитическому”. Космополитизму в России будто бы “способствовала и жажда правящего класса усвоить зарубежную культуру, и многонациональ- ность Российского государства”. Революция 1917 года, начавшаяся как миро­вая, оказывается, “возрождала космополитический дух”, подорванный на предыдущем историческом этапе проповедью “единой и неделимой России”. Перемена к худшему обнаружила себя в кампании по борьбе с космополитиз­мом, которая означала, по словам П. Карпа, не только гонения на евреев; “она не в меньшей мере была направлена на искоренение всё ещё живого то­гда космополитического сознания русского народа”. Оказывается, что и Ста­лин, провозгласив русский народ первым среди равных, внушал ему “мысль о его превосходстве над другими”. В результате, по утверждению П. Карпа, русские, жившие за пределами РСФСР и называвшие себя интернационали­стами, “отступили от давней русской космополитической традиции” и не же­лали “оказать минимальное уважение народу, среди которого поселились. Этим их интернационализм и отличался от космополитизма, предполагающе­го всеобщность и взаимность влияний”. Вместе с тем начавшаяся при Стали­не перемена, как “установил” П. Карп, ещё не вполне возобладала, и, стало быть, допускает “обратный поворот” к космополитизму [34].

Последовательным противником самоопределения русского народа и со­здания русской государственности был Ю. В. Андропов. В 1981 году он высту­пил инициатором кампании против русских патриотических сил. 28 марта он направил в Политбюро записку, в которой осуждалось возникновение в СССР движения “русистов”. Русизм он объявлял “демагогией о необходимости борьбы за сохранение русской культуры, памятников старины, за “спасение русской нации”, которой “прикрывают свою подрывную деятельность откро­венные враги советского строя”. Под лозунгами защиты русских националь­ных традиций русисты, писал глава КГБ, “по существу занимаются активной антисоветской деятельностью”. Андропов ставил вопрос о скорейшей ликви­дации этого движения, угрожавшего, по его мнению, коммунистическим ус­тоям больше, чем так называемые диссиденты.

Неприятие Ю. В. Андроповым “русизма” и любой иной формы национа­лизма подвигло его к попытке отказа от национально-государственного уст­ройства СССР. По свидетельству помощника генсека А. И. Вольского, у Анд­ропова имелась “идефикс — ликвидировать построение СССР по националь­ному принципу”. Незадолго до своей смерти в 2006 году Вольский поведал об одном поручении: “Как-то генсек меня вызвал: “Давайте кончать с нацио­нальным делением страны. Представьте соображения об организации в Со­ветском Союзе штатов на основе численности населения, производственной целесообразности, и чтобы образующая нация была погашена. Нарисуйте но­вую карту СССР”. Пятнадцать вариантов сделал! И ни один Андропову не по­нравился. Какой ни принесу — недоволен: “Отчего эту область сюда, эту — ту­да? Отчего предприятия так распределили?” А самое трудное было — заводы поделить. С содроганием вспоминаю то задание. В конце концов, я позвонил Велихову: “Женя, выручай! Подключись”. Обратился к нему как к умному че­ловеку и другу. Дальше мы уже вдвоем чертили. Корпели день и ночь. Ком- пьютеров-то не было. Из подручных средств — только телефоны да справки. Нарисовали три варианта. Сорок один штат у нас получился. Закончили, кра­сиво оформили, и тут Юрий Владимирович слёг. Не случись этого, успей он одобрить “проект”, с полной уверенностью скажу: секретари ЦК, ставшие впоследствии главами независимых государств, бурно аплодировали бы му­дрому решению партии. И страна не вляпалась бы в то, во что спустя несколь­ко лет по уши вляпалась” [35].

Ни рожденный в борьбе с диссидентами проект превращения СССР в по­добие Соединенных Штатов по федеративному устройству, ни проект фантас­тической реорганизации СССР в Союз Советских Республик Европы и Азии (проект конституции А. Д. Сахарова) не осуществились. Однако в условиях распада СССР рождались новые оригинальные и убийственные по простоте решения по отказу от “империи-СССР” и приобщению бывших советских ре­спублик к “цивилизованному мировому сообществу”.

После августовских событий 1991 года профессор-либерал В. Корепанов выступил со “смелой идеей” “колонизировать нашу страну на определённое время развитыми странами”. Для Запада, полагал он, “мы представляем ин­терес как рынок, богатый сырьём и человеческими ресурсами... Естествен­но, надо обратиться к Западу с просьбой прикрепить отдельные республики и регионы к развитым странам. Допустим, Россию к США и Японии, Украи­ну — к Англии, Белоруссию — к Франции. Понадобится создать смешанную администрацию по управлению колониями” [36].

Политический обозреватель газеты “Куранты” поэт А. Иванов наглядно представлял механизм превращения России в процветающую колонию. Пусть, писал он в январе 1992 года, бизнесмены из передовых зарубежных стран “беспошлинно ввозят к нам всё — от колготок до автомобилей. И про­дают за рубли”. Им же надо дать право за рубли “покупать всё, что угодно — земли, дома, фабрики, заводы, месторождения полезных ископаемых... Ко­лония? Да! Но мы, являя собой пугало для всего мира в течение 74 лет, чест­но шли к этому унизительному, но закономерному финалу. Параллельно пусть развивается отечественный бизнес. Ему есть чему поучиться у “варягов”. Да и что плохого в статусе колонии... После второй мировой войны полуфеодаль­ная, разгромленная, нищая Япония стала фактически колонией сШа. Через сорок лет — всего-то! — великая, могущественная Америка не знает, как спа­стись от экономического наступления бывшей колонии... Начинать не стыдно с чего угодно. Далее все зависит от народа. Если он действительно велик, пусть докажет своё величие в цивилизованной, хотя и беспощадной конку­рентной борьбе. А главная задача государства при этом — твёрдо стоять на страже священного права частной собственности. Ибо это — единственный фундамент экономики” [37].

Основательница либеральной партии “Демократический союз” (1988)

В.   Новодворская будущее России связывает только со “снижением тотальной мощи государства, с дальнейшей дезинтеграцией территории”, с образова­нием на месте России множества небольших государств, в которых “нацио­нал-патриотам” станет негде “разгуляться” и которые будут легче поворачи­ваться “к солнцу мондиализма” [38].

Академик РАН Ю. С. Пивоваров в мае 2002 года полагал приемлемой по­терю Россией Сибири и Дальнего Востока: “Пусть придут канадцы, норвеж­цы — и вместе с русскими попытаются управлять данными территориями”. Не страшит его и мировое правительство. Он считает, что идея Канта о нём “сегодня на самом деле реализуется. И если кто-то является противником упомянутой структуры, то я лично ничего против неё не имею... Мне важно, чтобы люди жили по-человечески, и если мировое правительство будет этому способствовать, то — пожалуйста” [39].

Е. Г. Ясин, научный руководитель Высшей школы экономики, рассуждая о трудностях выхода России из экономического кризиса 1998 года и благоде­тельной роли МВФ в его преодолении, полагает, что надо соглашаться на уси­ление роли международных финансовых институтов и на передачу той или иной степени национального суверенитета на наднациональный уровень. “Я такую парадоксальную мысль выскажу, — пустился он в откровенность. — Один из уважаемых мною людей — лорд Бертран Рассел — ещё в 1946 году... предлагал идею мирового правительства; он говорил, что со своими грядущи­ми проблемами каждая страна в отдельности или даже блоки стран не смогут справиться. И вот сегодня, по крайней мере, для меня это очень убедитель­но, я возвращаюсь к этим старым его идеям, и мне кажется, что нам придёт­ся над этим задуматься” [40].

Задумавшись над этим после кризиса 2008 года, он высказался с ещё большей убеждённостью: “Моё мнение заключается в том, что глобализа­ция — это естественный и необратимый процесс, вследствие чего мы идем к мировому правительству, которое будет когда-нибудь управлять экономикой в планетарном масштабе. Сегодняшний кризис связан ещё и с тем, что гло­бальный финансовый рынок никем не контролировался” [41].

Известный экономист и бывший мэр Москвы Г. Х. Попов в статье, при­уроченной к апрельской (2009) встрече глав двадцати главных стран мира, призвал как можно скорее извлечь урок из кризиса 2008 года и принять ра­дикальные меры в масштабах всей планеты. Среди них: создание Мирового парламента с двумя палатами (одна избирается напрямую — голосованием всей планеты, другую избирают от индивидуальных и коллективных членов ООН); образование Мирового правительства (его формирует ООН по согласо­ванию с Мировым парламентом, при нём необходимы и Мировые вооружен­ные силы, и Мировая полиция); изъятие из национальной компетенции и пе­редача под международный контроль ядерного оружия, ядерной энергетики и всей ракетно-космической техники планеты; передача под глобальный кон­троль человечества всех богатств недр нашей планеты [42].

На форуме сайта пресс-центра предпринимателя М. Б. Ходорковского в 2004 году всерьёз обсуждался “план спасения России”, заключавшийся в её присоединении к США, “благо и общая граница на Аляске есть”. При этом “остатки населения РФ переселяются в тёплые области, сворачивается соб­ственная оборонка... и всё это вместе называется СШАЕА (Соединенные шта­ты Америки, Европы и Азии)”. Бывший помощник Андропова А. И. Вольский утверждал: “Именно такой вариант будет принят, когда Ходорковский выйдет из тюрьмы, и мы вместе с ним займёмся его реализацией. В этом и есть ис­торическая миссия Ходорковского”. В публикации, поведавшей миру о такой идее, упоминалось, что известен был и аналогичный “план МИДа” [43].

Американский журналист Тони Карталуччи, прослеживая роль М. Б. Хо­дорковского в постсоветской российской политике, пишет о попытках амери­канцев создать в России с помощью миллиардера-олигарха свой собственный “порядок из хаоса”. В 2001 году Ходорковский организовал Фонд “Отрытая Россия”, совет директоров которого возглавил небезызвестный Генри Киссин­джер, а в число членов совета директоров вошёл такой представитель запад­ной корпоративной элиты, как лорд Джекоб Ротшильд. “Планировавшийся сценарий сегодня известен: это была попытка консолидировать в “надёжных руках” богатства России, чтобы передать их, а также власть в России и судь­бу её народа Уолл-стрит и глобальной лондонской “корпоратократии” [44].

В 2010 году эти все эти идеи “модернизации России” “обновил” известный сценарист О. Осетинский, объявив, что в самой России провести её некому: все грамотные люди из страны разбежались, остались лишь малограмотные, апатичные (бесстрастные, вялые, ленивые) да пьяницы. Выход — в заключе­нии союза США и России (получится ССР), а по существу — в обращении к США с призывом “придите и владейте нами!” Предлагается направить в Рос­сию из США для начала два миллиона добровольцев (в идеале — одного на каждый десяток русских), дать этой армии “квалифицированных непьющих оккупантов” полномочия, как при осуществлении плана Маршалла в Герма­нии, и кардинально перестроить Россию: построить новые заводы, фабрики, производства, новую систему управления, новую полицию, новую политиче­скую систему. Автор полагает, что другого реального способа стать цивили­зованной страной у России нет, “культурная русская идентичность” при этом не пострадает: “Молодые американцы переженятся на русских, и скоро ста­нут настоящими новыми русскими тружениками и предпринимателями, а не спекулянтами, бандитами и пьяницами” [45].

Навязчивые попытки втягивания России в космополитические структуры требуют от патриотов выработки не только чёткой позиции по этому вопросу, но и глубокого понимания стремительно развивающихся глобализационных процессов. “Процесс интеграции стран Запада, — указывал выдающийся рус­ский мыслитель А. А. Зиновьев, — происходит одновременно с процессом, получившим название глобализации. Считается, что в результате глобализа­ции образуется глобальное общество. Последнее понимается как объедине­ние всего человечества в единое целое, подобное привычным обществам (их часто называют национальными государствами), с единым мировым прави­тельством и прочими учреждениями современных стран, только большего (планетарного!) размера. И образуется оно якобы на благо всего человечес­тва, как бы само собой, в силу мирового прогресса в науке, технике, культуре, экономике и т. д. Такое понимание есть не просто теоретический идиотизм. Это — преднамеренная идеологическая ложь, идеологическая апологетика мировой западнистской (прежде всего — американской) агрессии.

На самом деле современное человечество явным образом разделяется на западный мир и прочее человечество. Отношения между этими частями чело­вечества являются совсем не братскими. Ни о каком равенстве тут и речи быть не может... В ходе “холодной войны” это сверхобщество выработало стратегию покорения человечества. Основу её образует то, что я называю западнизацией покоряемых стран и народов. Сущность западнизации состоит в навязывании незападнымнародам и странам социального строя, экономи­ки, политической системы, идеологии, культуры и образа жизни, подобных таковым (или имитирующих таковые) в западных странах. Идеологически и в пропаганде это изображается как гуманная, бескорыстная и освободи­тельная миссия Запада, который при этом изображается средоточием всех мыслимых добродетелей. Мы свободны, богаты и счастливы, — так или ина­че внушает западная идеология и пропаганда западнизируемым народам, — и мы хотим помочь вам стать такими же свободными, богатыми и счастливы­ми, как мы. Но для этого вы должны сделать у себя, в своих странах, то, что мы вам посоветуем. Это — на словах. А на деле западнизация (в рассматри­ваемом здесь смысле!) имеет реальной целью довести намеченные жертвы до такого состояния, чтобы они потеряли способность к самостоятельному существованию и развитию, включить их в сферу влияния и эксплуатации за­падных стран, присоединить к западному миру не в роли равноправных и рав­номощных партнёров, а в роли зоны колонизации” [46].

Аналогичным образом определяет и не принимает насильно насаждаемый глобализм выдающийся историк-русист И. Я. Фроянов. “Глобализация, — пи­шет он, — есть формирование нового мирового порядка, характеризуемого слиянием, как правило, принудительно и насильственно, национальных эко­номик в одну единую экономическую систему, уничтожением национальных государственных правительств, а значит, и государственных границ. В конеч­ном счёте, глобализация означает формирование вселенской, как выражают­ся глобалисты, цивилизации, носителем которой является глобальное сверх­общество, управляемое мировым правительством” [47].

Согласно публикации в NewYorkTimes(середина декабря 2010), ныне ми­ром управляют всего 9 человек — руководителей 9 мировых банков: GoldmanSachs, UBS, Bank of America, Deutsche Bankи др., а главные акционеры Фе­дерального Резервного банка Нью-Йорка — Ротшильды и Рокфеллеры — обра­зуют своего рода “малое Политбюро”, принимающее судьбоносные решения в области мировой политики, экономики, финансов [48]. По другим оценкам, “кучка глобальных ростовщиков, примерно 30-50 тысяч человек, завела мир в тупик. И эта же кучка устами своих сторонников предлагает выход: создать мировое правительство, которое будет полностью контролировать сокращён­ное на 90% человечество: все ресурсы, всю информацию и т. д.” [49].

О том, как будет выглядеть новый мировой порядок, повествует специа­лист в этой области профессор К. Кох: “Система будет создана на основе единой валюты, единого, финансируемого из одного центра правитель­ства, единой системы налогообложения, единого языка, единой полити­ческой системы, единого мирового судебного органа, единой государ­ственной религии и во главе с единым руководителем (единственным индивидуальным лидером). Каждый человек будет иметь зарегистриро­ванный номер, без которого ему не будет разрешено ни покупать, ни продавать. И будет одна универсальная мировая церковь. Любой, кто откажется участвовать в этой универсальной системе, не будет иметь права на существование” [50].

О серьёзности таких намерений свидетельствует, в частности, возведён­ный в США в 1980 году циклопический монумент, именуемый Американским Стоунхенджем. Монумент сооружён по заказу некоего Роберта С. Кристиана, несомненно, представляющего нынешний “золотой миллиард”. Согласно надпи­сям на монументе — своеобразному посланию будущим поколениям землян, — их золотой век может длиться бесконечно, если выжившие после наведения нового мирового порядка будут насчитывать не более 500 млн человек [51].

При этом, что касается России, некоторые представители “золотого мил­лиарда” полагают, что для обеспечения землян необходимыми ресурсами с её территории было бы достаточно оставить 50 млн человек или менее то­го. Остальные — лишние едоки, которым надлежит сойти с лика планеты.

Космополитизированная российская интеллигенция никакой опасности в глобализации и Новом мировом порядке не видит. Некоторые её предста­вители с удовольствием и добровольно обслуживает чужие и чуждые нам интересы. Так, характеризуя хорошо знакомую ему среду “шестидесятников” и других хулителей русского патриотизма, известный российский специалист в области социальной философии и политологии А. С. Ципко пишет: “Наблю­дая за нашими российскими космополитами и “гражданами мира” добрых двадцать лет (до перестройки многие из них называли себя “шестидесятника­ми”), я убедился, что на самом деле они отказывались от всего российского и русского, предавали анафеме российское Православие, российскую стари­ну и российское государственничество не во имя всечеловечности, а во имя какой-то другой, отдельно взятой культуры или страны. Впрочем, так было и раньше. Большевики-интернационалисты, ненавидящие Россию и всё рус­ское, как, к примеру, В. Ленин, были откровенными германофилами. После второй мировой войны среди русских интернационалистов и космополитов редко удаётся встретить германофилов, а американофилов, израилефилов и даже саудофилов — хоть пруд пруди. Среди наших борцов с российским па­триотизмом, среди тех, кто считает, что привязанность к нации и националь­ным чувствам является уделом бедного человека, почти все — откровенные поклонники политики США и их имперских амбиций... Правда состоит в том, что сами идеологи глобального лидерства США не верят ни в какой космопо­литизм, не верят тем, кто называет себя “гражданами мира”, ибо хорошо зна­ют, что декларации о космополитизме являются своеобразной клятвой в вер­ности интересам США” [52].

Учёный приверженец космополитизма профессор А. Н. Чумаков, первый вице-президент Российского философского общества, проповедуя близкое ему учение, полагает, что в наше время отдельные страны и народы фактиче­ски уже “не имеют возможности выбора — участвовать им или не участвовать в глобализации. Они обречены на такое участие естественным ходом собы­тий”, не могут уклониться от интеграции в мировое сообщество, а “тот, кто не вписывается в экономические, политические и культурные процессы глобали­зации, кто борется с космополитизмом, ставя превыше всего свою националь­ную исключительность, тот заведомо обрекает себя на изоляционизм и отста­лость. А это, помимо серии отрицательных последствий для самого такого народа, создаёт ещё и угрозу мировой стабильности, так как именно в подобных странах возникают наиболее подходящие условия для межэтнических столкно­вений, организованной преступности и международного терроризма” [53]. Иначе говоря, учёный считает, что выбора нет, народы и страны обречены на глобализацию и уклониться от этого нельзя, иначе тебя обрекут на отсталость.

В 1994 году Зб. Бжезинский, один из влиятельнейших политологов и го­сударственных деятелей США, написал в своей статье, а затем и в книге: “Россия — побеждённая держава. Она проиграла титаническую борьбу. И го­ворить “это была не Россия, а Советский Союз” — значит бежать от реально­сти. Это была Россия, названная Советским Союзом. Она бросила вызов США. Она была побеждена. Сейчас не надо подпитывать иллюзии о велико­державности России. Нужно отбить охоту к такому образу мыслей... Россия будет раздробленной и под опекой”. “Новый мировой порядок при гегемонии США создаётся против России, за счёт России и на обломках России” [54]. В октябре 1995 года на совещании Объединенного комитета начальников шта­бов президент США Б. Клинтон изложил своё видение прошлого и будущего в отношениях США и России: “Расшатав идеологические основы СССР, мы сумели бескровно вывести из войны за мировое господство государство, со­ставляющее основную конкуренцию Америке... Мы добились того, что соби­рался сделать президент Трумэн с Советами посредством атомной бомбы. Правда, с одним существенным отличием: мы получим сырьевой придаток, а не разрушенное атомом государство... мы позволим России быть держа­вой, но империей будет только одна страна — США” [55].

Е. А. Фёдоров, бывший председатель Комитета Государственной Думы Российской Федерации по экономической политике и предпринимательству, полагает, что к нашим дням Россия уже не является суверенным государ­ством: “Советский Союз проиграл войну, потому что противник изучил нас хо­рошо и применил операцию продвижения своего агента Горбачёва, который за шесть лет сумел создать механизм ликвидации страны. Мы проиграли в 40-летней войне, которую почему-то называют “холодной”. И сегодня наш государственный аппарат частично подчиняется победителю, то есть Амери­ке. Мы платим им дань, и они нас полностью контролируют” [56].

Полагаю, что российские историки и граждане Российской Федерации должны активно противостоять таким настроениям и предположениям. В этой связи можно выразить сожаление о том, что в условиях революции 1917 года был упущен исторический шанс укрепить государственность по проекту, пред­лагавшемуся первоначально В. И. Лениным. В своем выступлении в июне 1917 года он ратовал за трансформацию Российской империи в Русскую рес­публику. “...Русская республика, — говорил он, — ни одного народа ни по- новому, ни по-старому угнетать не хочет, ни с одним народом... не хочет жить на началах насилия. Мы хотим единой и нераздельной республики с твёрдой властью, но твёрдая власть даётся добровольным согласием наро­дов” [57]. Отдавая должное благородству таких намерений, нужно признать, что время для установления соответствующей власти в России давно уже при­шло. Для этого требуется многое: сдвиги в национальной политике в сторону акцентов на государствообразующем русском народе, Православии, соедине­нии советской и российской истории, державности. Требуются очищение ис­торического наследия от русофобства, выработка мер по преодолению нега­тивных последствий разделённости русского народа, узаконение пропорцио­нального представительства всех народов в органах власти, избавление от асимметричного федерализма.

Политика не должна вступать в противоречие с аксиомой: только сохране­ние государствообразующей роли русского народа, укрепление его сплочённо­сти и патриотизма, надёжная защита интересов его национального развития позволят установить в России мир, в котором, как мечтал А. С. Пушкин, будут гармонично развиваться и взаимообогощаться в едином цивилизационном пространстве и внук славян, и финн, и тунгус, и калмык[58], и все другие народы, издревле населяющие Россию.

Александр Вдовин, доктор исторических наук, профессор

Примечания:

[1]  УэллсГ. Собрание сочинений в 15 тт., М., 1964. Т. 15. С. 406-424. В постсоветской России созвучные идеи развивались в трудах В. А. Тиш- кова “Забыть о нации (постнационалистическое понимание национализ­ма)” (Вопросы философии. 1998. № 9), “Реквием по этносу: Исследова­ния по социально-культурной антропологии” (М.,2003).

[2]  См.: ПайсА. Научная деятельность и жизнь Альберта Эйнштейна. М., 1989. С. 451.

[3]  Против буржуазной идеологии космополитизма // Вопросы философии. 1948. № 2. С. 15; ВасилевскаяВ. Фашистский бред Черчилля // Ли­тературная газета. 1948. 20 октября. С. 4.

[4]  Цит. по: ДворкинИ. И. По заказу американского и английского импе­риализма // Вопросы философии. 1949. № 1. С. 305.

[5]  Цит. по: АлександровГ. Ф. Космополитизм — идеология империали­стической буржуазии // Вопросы философии. 1948. № 3. С. 182.

[6]  Линдон Ларуш:Блеск и нищета Новой Римской империи. Интервью с известным американским мыслителем и “диссидентом”. Июль 2001. URL: http://www.patriotica.ru/actual/larush_blesk.html

[7]  Против буржуазной идеологии космополитизма // Вопросы философии.

1948.      № 2. С. 15. См. также: КоровинЕ. Абсолютный суверенитет или абсолютная неправда // Новое время. 1947. № 41. С. 14-16.

[8]  РубинштейнМ. Контуры атомного века в представлениях американских учёных // Новое время. 1946. № 12. С. 25-31.

[9]  КалашниковВ. Л. Славянская цивилизация. М., 2001. С. 151.

[10]Цит. по: МороГ. И. Дезинтеграционные процессы в Балканском регио­не в контексте обеспечения безопасности России: дис. канд. полит. на­ук. М., 2001. URL: http://mitina.viperson.ru/wind.php?ID=288172&soch=1

[11]См.: Вавилов С. И., Иоффе А. Ф., Семёнов Н. Н., Фрум- кинА. А. О некоторых заблуждениях профессора Альберта Эйнштейна// Новое время. 1947. 26 ноября. № 48. С. 16.

[12]Там же. С. 15, 17.

[13]Цит. по: О беззаботности в политике и упорстве в заблуждениях: По по­воду ответа проф. Эйнштейна // Новое время. 1948. 1948. 10 марта (№ 11). С. 14.

[14]ЮрьевМ. Глашатаи “атомной империи” // Литературная газета. 1948.

11  сентября.

[15]Цит. по: АлександровГ. Ф. Космополитизм — идеология империали­стической буржуазии // Вопросы философии. 1948. № 3. С. 184.

[16]МитинМ. Против антимарксистских космополитических “теорий” в фи­лософии // Литературная газета. 1949. 9 марта. С. 3.

[17]ПавловЮ. Космополитизм — идеологическое оружие американской ре­акции // Правда. 1949. 7 апреля. С. 3.

[18]КонстантиновФ. Великое оружие борьбы за коммунизм // Литера­турная газета. 1949. 27 апреля. С. 3.

[19]ВышинскийП. Е. Космополитизм и отечество// Вопросы философии.

1948.       № 2. С. 63.

[20]Цит. по: ПоповВ. П. Сталин и советская экономика в послевоенные го­ды // Отечественная история. 2001. № 3. С. 65. См. также: По­пов В. П. Сталинское экономическое “чудо” после войны (1946-1953) // Россия в XX веке: Реформы и революции. В 2 тт., М., 2002. Т. 2. С. 272.

[21]Информационное совещание представителей некоторых компартий в Польше в конце сентября 1947 года. М., 1948. С. 34-35.

[22]См.: РубинштейнМ. За кулисами американской науки// Новое вре­мя. 1947. №1; ЛевинД. Б. Современный международно-правовой ни­гилизм // Советское государство и право. 1948. № 6; и др.

[23]КоровинЕ. А. За советскую патриотическую науку права // Советское государство и право. 1949. № 7. С. 7, 8.

[24]ЛеонтьевА. О космополитизме и интернационализме // Новое время.

1949.       6 апреля. № 15. С. 10.

[25]Цит. по: ЧиковВ. М. Контуры будущего и место в нём России. Куда идёт процесс глобализации. Рец. на кн.: Дроздов Ю. И., Илларио­новС. И. Россия и глобализация. М., 2010. URL: http://nvo.ng.ru/notes/2011-01-28/15_future.html

[26]Песис    Б. Космополитический фашист // Литературная газета. 1948. 30 июня. С 4. См. также: Фрадкин И. Немецкие космополиты на амери­канской службе // Литературная газета. 1948. 7 июля. С. 4.

[27]ДворкинИ. И. По заказу американского и английского империализ­ма // Вопросы философии. 1949. № 1. С. 303. См. также: Вышин­скийП. Е. Космополитизм и отечество // Вопросы философии. 1948. № 2. С. 63.

[28]ЗемсковВ. Н. Проблема советских перемещённых лиц (1946-1956)// Россия в XX веке: Война 1941-1945 годов: современные подходы. М., 2005. С. 529.

[29]См.: РоммМ. И. Как в кино: Устные рассказы. Н. Новгород, 2003. С. 214-226; КостырченкоГ. В. Тайная политика Хрущёва. Власть, ин­теллигенция, еврейский вопрос. М., 2012. С. 31-41 и др.

[30]СахаровА. Тревога и надежда. Нью-Йорк: Хроника, 1978. Цит. по: Ка­ра-МурзаС. Г. Евреи, диссиденты и еврокоммунизм. М., 2001. URL: http://www.kara-murza.ru/books/evrei/evrei_content.htm

[31]Цит. по: НазаровМ. В. О радиоголосах, эмиграции и России. Июнь 1990 года. URL: http://www.rusidea.org/?a=6020

[32]СтреляныйА. Песни западных славян. Мысли о русском национальном сознании // Литературная газета. 1990. 8 августа. № 32. С. 3.

[33]СахаровА. Д. Проект. Конституция Союза Советских Республик Евро­пы и Азии. URL: www.yabloko.ru/Themes/History/sakharov_const.html

[34]См.: КарпП. Взаимность// Книжное обозрение. 1989. 14 апреля. С. 4, 5.

[35]ВольскийА. О Брежневе, Андропове, Черненко и Горбачёве. Беседо­вали и записали текст М. Завада, Ю. Куликов // Коммерсантъ. 2006.

12  сентября.

[36]Цит. по: БолтовскийИ. Грозит ли России развал?// Наш современ­ник. 2007. № 9. С. 148.

[37]ИвановА. Больше демократии, меньше социализма! // Куранты. 1992. 9 января. С. 4.

[38]НоводворскаяВ. Еврейское неверие моё // Огонёк. 1993. № 13.

С.   19; Она же. О, Запад есть Запад! // Московская правда. 1993.

13   февраля. С. 5.

[39]Наука о политике и Правда о “Русской Системе”. Беседа с директором ИНИОН РАН Ю. С. Пивоваровым. Май2002 года. URL: http://www.poMt- studies.ru/universum/esse/9pvv.htm.

[40]ЯсинЕ. Идея о мировом правительстве не лишена смысла. Интервью “Вестям. Ru” 09.01.2002. URL: http://2001.vesti.ru/2002/01/09/1010595438.html

[41]Научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин: “Мы

идем к мировому правительству” // Новые известия. 2009. 17 февраля. URL:   http://www.          newizv.   ru/economics/2009-02-17/105715-nauchnyj-

rukovoditel-vysshej-shkoly-ekonomiki-evgenij-jasin.html

[42]См.: ПоповГ. X. Кризис и глобальные проблемы (к апрельской встрече глав двадцати стран мира) // Московский комсомолец. 2009. 25 марта.

[43]Вольский и Ходорковский планировали сделать Россию ещё одним штатом

Америки. 15.06.2007 URL:                                             http://www.annews.ru/news/detail.php?

ID=103959

[44]Цит. по: ПустовойтоваЕ. Американская прописка российской рево­люционной химеры. 08.03.2012. URL:       http://www.fondsk.ru/news/

2012/03/08/amerikanskaja-propiska-rossijskoj-revoljucionnoj-himery.html

[45]ОсетинскийО. Русский Пятница ищет Робинзона. 2010. 12 мая. URL: http://olegosetinsky.bloglit.ru/2010/05/12/russkij-pyatnica-ishhet-robinzona/

[46]ЗиновьевА. А. Идеология партии будущего. М., 2003. С. 196-201.

[47]Историк-русист И. Я. Фроянов: Глобализация и судьбы России. По стра­ницам газеты “Советская Россия”. 23.06.2011. URL: http://kprf.ru/rusk/94133.html

[48]Кьеза     Дж.“Этим миром правят девять человек”. 23.02.2011. URL: http://www.rosbalt.ru/ukraina/2011/02/21/821655.html; URL: http://new- world.blox.ua/2011/12/Afera-21.html

[49]ФурсовА. Выступление на втором заседании Изборского клуба 27 сен­тября 2012 г. // Завтра. 2012. Октябрь. № 40 (985). С. 2.

[50]Цит. по: ГрачёваТ. В. Память русской души. Рязань, 2011. С. 49.

[51]См.:   “Десять заповедей антихриста”, или Скрижали Джорджии.

03.01.2010. URL: http://www.f7x.ru/forumZ5/888

[52]Ципко    А. С. Ценности и борьба сознательного патриотизма. М., 2009. С. 36-37.

[53]ЧумаковА. Н. Глобализация и космополитизм в контексте современно­сти. XXII Всемирный Философский Конгресс. Симпозиум “Глобализация и космополитизм” (Сеул, 2008). URL: http://www.globalistika.ru/con-gress2008/Doklady/22810.htm

[54]БжезинскийЗб.Выбор. Глобальное господство или глобальное ли­дерство. М., 2010. С. 127. Его статья под названием “Россия будет раз­дробленной и под опекой” публиковалась сразу в нескольких странах За­пада в 1994 году. URL: http://pomnimvse.com/11ar.html

[55]Из выступления Президента США Б. Клинтона в Вашингтоне на секретном совещании начальников штабов 24 октября 1995 года. URL: http://cccp.narod.ru/work/nkvd/klinton_241095.html

[56]Евгений Фёдоров: Бизнес России на крючке США. 01.06.2012. URL: http://www.bigness.ru/articles/2012-06-01/fedorov/134875/

[57]ЛенинВ. И. Полн. собр. соч. Т. 32. С. 269.

[58]ПушкинА. С. Я памятник себе воздвиг нерукотворный... (1833) // Собр. соч.: в 10 тт. М., 1959. Т. 2. С. 460.

Наши партнеры:
 
Кафедральный собор Святых Новомучеников г.Мюнхен
 
Радонеж