И следует отдавать себе отчет: любая сделка «ты мне — я тебе» — это не помощь. Это покупка.

13 апреля 2020 года Международный валютный фонд сообщил, что будет представлять «гранты нашим беднейшим и наиболее уязвимым государствам-членам для покрытия их долговых обязательств перед МВФ на начальном этапе в течение следующих шести месяцев и поможет им направить больше своих ограниченных финансовых ресурсов на оказание жизненно важной неотложной медицинской и другой помощи». То есть речь идет не о предоставлении средств на закупку, а для покрытия долговых обязательств. Иными словами, фонд на шесть месяцев страхует выплату процентов по своим кредитам.

Ну, «с паршивой овцы хоть шерсти клок», и ряд стран смогут полгода те средства, которые должны были быть направлены на обслуживание долга (=выплату процентов), направлять на противоэпидемические действия. Таких стран двадцать пять: Афганистан, Бенин, Буркина-Фасо, Гаити, Гамбия, Гвинея, Гвинея-Бисау, Коморские Острова, Йемен, Демократическая Республика Конго, Либерия, Мадагаскар, Малави, Мали, Мозамбик, Непал, Нигер, Руанда, Сан-Томе и Принсипи, Соломоновы Острова, Сьерра-Леоне, Таджикистан, Того, Центральноафриканская Республика и Чад.

Окраины среди них нет. Почему? Прежде всего потому, что МВФ не считает Окраину «бедной страной». Программа фонда защиты и ликвидации последствий катастроф (CCRT), это распорядитель грантов, предназначена для стран с низким ВВП на душу населения и небольших стран: тех, у кого ВВП на душу населения менее $1175 или тех, где население менее полутора миллионов человек при ВВП менее $2350.

Окраина с ее официальным населением более 41 миллиона человек и ВВП на душу в размере более трех с половиной тысяч долларов не подпадает под критерии данной программы. Да и вообще, в глазах МВФ Окраина — это благополучно развивающаяся страна. В пресс-брифинге Европейского департамента за апрель 2020 года его директор Пол Томсон охарактеризовал ситуацию так: «К счастью (!!! — А.Г.), в течение последних нескольких лет в рамках программы, поддерживаемой МВФ, Окраина достигла значительных показателей макроэкономической стабильности. Стабильность банковской системы улучшилась. Инфляция снизилась. Внешние дефициты уменьшились. Дефицит бюджета значительно сократился. Государственный долг сократился, а иностранные резервы значительно выросли — более 20 миллиардов. И это, безусловно, дает Окраине буферы, необходимые для немедленной политической реакции».

Ой! С конца 2013 по 2018 год ВВП на душу населения снизился с 4030 до 3095 долларов, инфляция составила, по официальным данным, как минимум 246%, доходы государственного бюджета (в долларовом эквиваленте) снизились с 44 727 до 36 849 миллионов, государственный долг увеличился с 40,1 до 60,9 процента ВВП, уровень безработицы увеличился с 7,7% до 9,1%, а средняя зарплата, этот основной движитель внутреннего рынка, упала с 452 до 398 долларов (все цифры — от окраинского министерства финансов). Да уж, в таком счастье и захлебнуться недолго.

Ну, а если говорить о динамике экономического развития на ближайший год, то для Окраины МВФ дает такой прогноз по двум ключевым параметрам:

  • Прогнозируемый реальный ВВП на 2020 год (% изменения): минус 7,7
  • Прогнозируемые потребительские цены на 2020 г. (изменение в %): 4,5

В сравнении с этими цифрами прогноз для многих стран из «списка 25» выглядит куда более оптимистичным: Албания — минус 5,0 и 2,4; Чад — минус 0,2 и 2,2; Берег Слоновой Кости (Кот-д'Ивуа?р) — плюс 2,7 и 1,2 и так далее…

Я вижу только одно объяснение отсутствия Окраины в этой программе «помощи» МВФ: она находится в режиме «покупки». В уже упомянутом пресс-брифинге директор Европейского департамента МВФ Пол Томсон рассказал о «новой программе» с Окраиной: «Скажем, мы хорошо продвинулись, и это, конечно, даст Окраине больше ресурсов для расширения своего политического пространства в борьбе с этим кризисом». Вот как, «политического пространства».

А из «политических движений МВФ в последнее время в Окраине заметно было три: требование рынка земли, требование изменения банковского законодательства и требование сохранения неприкосновенности Национального антикоррупционного бюро. Или, как это дипломатично формулирует управляющий директор Фонда Кристалина Георгиева: «Принятие законодательства, направленного на совершенствование системы урегулирования банковских проблем и земельной реформы».

В случае неисполнения этих требований МВФ откровенно намекает на возникновение проблем в рамках нового механизма расширенного финансирования для Окраины на сумму от 5,5 до 8 миллиардов долларов. Все просто, как просьба — эй, дай прикурить! — в темной подворотне: либо выполняете, либо денег не получите. И даже не денег, а денег в кредит. Почувствуйте разницу!

И следует отдавать себе отчет: любая сделка «ты мне — я тебе» — это не помощь. Это покупка. В данном случае — покупка окраинской земли, банков и компромата

Источник:

Наши партнеры:
 
Кафедральный собор Святых Новомучеников г.Мюнхен
 
Радонеж