Это было красиво. В полдень субботы в России и на Украине два самолета одновременно взмыли в небо: во «Внуково-2» пошел на взлет Ан-148 с желто-голубыми полосами и надписью «Украина» на борту, в «Борисполе» брал разгон Ту-204 с красной надписью «Россия». В каждом из них находилось по 35 заключенных, которых по приземлении ждала свобода. Месяц переговоров, стартовавших 7 августа с телефонной беседы Путина и Зеленского, завершился эффектным обменом.

Правда, с червоточиной в виде выброшенного из списка в последний момент россиянина Руслана Гаджиева. Что еще стояло за кадром красивой картинки, разбирался «МК».

За кулисами мирного российско-украинского обмена пленными шли жестокие бои
Кадр из видео.
 

За кадром остались недели кропотливой сверки списков, внутренние битвы почти за каждого фигуранта обмена. Даже в знаковый день не было полной ясности, кто в результате сядет в самолет. Проще всего, как выяснилось, было согласовать передачу Украине 24 задержанных в Керченском проливе моряков: об этом договорились еще во время телефонной беседы Путин и Зеленский. Затем формат решили расширить, и тут началось...

Украина изначально была готова отдать Кирилла Вышинского и десяток россиян, которых уже пару раз выставляли на обмен, но потом возвращали обратно в тюрьмы. И совсем не хотела отдавать России Владимира Цемаха, 27 июня 2019 года похищенного СБУ из собственного дома в городе Снежном в ДНР и под чужими документами доставленного на Украину. Бывшего начальника ПВО ДНР Цемаха украинские спецслужбы надеялись сделать «ключевым свидетелем» по делу о крушении «Боинга» рейса МН17. Правда, Цемах встал во главе ПВО ДНР лишь в октябре 2014 года, а в июле, когда был сбит самолет, был простым бойцом, стоящим на блокпосту. Но кто же будет вникать в детали... Националисты начали раскручивать кампанию по обвинению президента Зеленского и его команды в «госизмене».

Однако без Цемаха Россия не соглашалась отдать Олега Сенцова и двух националистов — Николая Карпюка и Станислава Клыха, — воевавших в Чечне на стороне сепаратистов в 1991–1994 годах. У наших силовиков были к ним свои счеты — члены УНА-УНСО (запрещенной в РФ организации) были причастны к убийствам российских военных, поэтому возвращать их на Украину, где они окажутся на свободе, они считали неправильным. Российские власти нашли аргументы для убеждения своих силовых структур. Зеленскому и его команде пришлось сложнее. «Решение о выдаче Цемаха не было спонтанным, а хорошо взвешенным со стороны президента, поскольку отсутствие Цемаха в списке на обмен автоматически предусматривало прекращение переговоров с Россией», — пояснял непонятливым новый глава СБУ Иван Баканов. Но принять окончательное решение о выдаче Цемаха президенту Украины помогли европейцы, к которым Зеленский обратился за советом. Голландцы сообщили всем недовольным националистам, что Цемаха они уже допросили и больше он им не нужен.

Однако на взлетном поле в «Борисполе» экс-начальник ПВО ДНР появился последним. И до этой минуты никто не знал, взлетит ли российский самолет или все сорвется. Впрочем, наш борт направился в Москву все же без одного ранее оговоренного россиянина: танкист Руслан Гаджиев, которого подготовили к обмену, выдав ему новые документы, вместо аэродрома направился в тюрьму. Возможно, до последнего им хотели заменить Цемаха. А теперь оставили до следующего обмена.

То, что следующий этап обмена состоится, подтвердил президент Зеленский, лично встречавший борт с «российскими пленниками» в «Борисполе». Самая жаркая встреча ждала, конечно же, украинских моряков, которым прямо в аэропорту вручили награды и новые звания, а после отправили в военный госпиталь. Ажиотаж вызвало и появление Олега Сенцова, который, ступив на украинскую землю, пообещал «продолжить борьбу». В России встреча узников была скромнее. На летное поле пустили лишь парочку телеканалов, которые представляли Дмитрий Киселев и Ольга Скабеева. С букетами они встречали только Кирилла Вышинского.

Все первые лица государства отмечали День города Москвы, не найдя пары часов для встречи трех десятков пленных, вернувшихся из украинских застенков. Сразу из правительственного аэропорта «освобожденных» увезли в санаторий. Встречу с родными им обещали через пару дней... Пикантная деталь: Россия и Украина обменялись не только пленными, но и кошками. Вышинский поведал о попутчике Алексее, который привез с собой в Россию черно-белую кошку по имени Машка. А экс-омбудсмен Украины Нина Карпачева рассказала об украинце, которому разрешили вывезти с собой в Киев мурлыку, которую ему принесли в тюрьму «в качестве гуманитарной помощи» и с которой он не захотел расставаться. Зверушку также зовут Машка.

По большому счету все последующие этапы обменов должны проходить уже с участием ДНР и ЛНР. Ведь сейчас Россия вернула Украине только тех, кто сидел в тюрьмах на территории РФ. А есть еще списки тех, кого Украина хотела бы вернуть из подвалов самопровозглашенных республик — их примерно 69 человек. В свою очередь, ДНР и ЛНР требуют освобождения 208 человек, которые находятся в тюрьмах СБУ за пророссийские взгляды.

Денис Денисов, глава Института миротворческих инициатив и конфликтологии:

— Сам по себе обмен стал символическим жестом, который подтверждает возможность эффективных переговоров, нахождения компромиссов. У нас появляются возможности если не для нормализации отношений, то хотя бы для выхода на этот путь. Сразу после обмена украинские власти заявили, что в российских тюрьмах все еще остаются 110 украинцев. Судя по всему, речь идет о крымских татарах и других людях, которые были арестованы в Крыму. В дальнейшем мы можем столкнуться с тем, что Киев захочет проводить все обмены не с ДНР и ЛНР, а с Москвой, ссылаясь на позитивный опыт обмена «35 на 35». Но это перевернет все представления о конфликте на Донбассе. Важно, чтобы ДНР и ЛНР обменивались с Киевом военнопленными по линии Минских соглашений, а Россия и Украина менялись заключенными по своей линии. Москве есть кого вытаскивать из украинских тюрем. По некоторым данным, там сидят до нескольких тысяч человек, осужденных за участие в «русской весне», но не имеющих отношения к войне на Донбассе.

Владимир Жарихин, замглавы Института стран СНГ:

— Гаджиева, которого не отправили домой, конечно, жаль, но на Украине еще много людей, которые сидят в тюрьмах. Это не последний обмен. Вместе с тем я бы не преувеличивал положительный эффект от произошедшего. У нас уже был опыт с освобождением Надежды Савченко, но ни к чему хорошему для отношений между Москвой и Киевом это не привело. Наоборот, значительно вырос градус русофобии. В этот раз Зеленский повел себя не как Порошенко, но с надеждами надо быть осторожными.

Источник: https://www.mk.ru

Наши партнеры:
 
Кафедральный собор Святых Новомучеников г.Мюнхен