Шаг за шагом идет разрушение православной этики, которая была до сих пор незыблема

Беседа директора Радио «Радонеж» Евгения Никифорова с архиепископом Берлинским и Германским Марком.

- Ваше Высокопреосвященство, православный мир взбудоражен, происходит то, что можно назвать временем невозможного. Каждая приходящая новость, ошеломляет, кажется, такого не может быть в принципе. В первую очередь это относится к тем новостям, что мы слышим, доносящимися из Стамбула, из резиденции Патриарха Варфоломея. Его решения, кажется, рвут основные нити, связывавшие Православие тысячу лет. В поддержку Украинской Церкви Русская Православная Церковь за рубежом Зарубежной Церкви тоже предприняли решительные шаги. Вы прервали общение с Константинополем. У православных возникают вопросы и сомнения. Может быть, нужно было предпринять не столь решительные и окончательные шаги. С Вашей точки зрения, почему были приняты такие радикальные меры?

-  Трудно мне судить. Трудно себе представить, какие другие меры можно было бы предпринять, чтобы они имели какое-то эхо, эффект. Потому что, мне кажется, достаточно было сделано в преддверии этого шага, чтобы предотвратить это. Однако это не удалось. Так что пришлось прибегать к крайней мере. Мы все переживаем это особенно здесь. Думаю, что в России переживают так же, как мы, потому что наша жизнь здесь заграницей теснейшим образом связана со всеми другими Поместными Церквями. Мы не живем как в какой-то российской глубинке, мы живем в самом центре Европы, где встречаемся ежедневно с греками, сербами, болгарами и так далее. Поэтому мы в большой мере зависим от этого общения. Буквально час назад мне звонил один прихожанин, немец, который очень взбудоражен тем, что у него рядом греческая церковь, а он больше не может туда ходить. Что я ему могу посоветовать? Это нас касается в гораздо большей, острой мере, чем людей в России. Для нас это особенно печально. Мы очень надеемся, что Церковь найдет путь выйти из этого положения. Пока мы не видим попыток преодолеть эту мертвую точку. А преодолеть ее, на мой взгляд, надо. Нельзя ни в коем случае остановиться на этом неправильном моменте. Как преодолеть? Трудно сказать. Но есть голоса двух, по крайней мере, поместных Церквей, чьи предстоятели высказались в пользу созыва Всеправославного Собора, чтобы обсуждать эти вопросы. Мне трудно представить себе, что это может дать, потому что мы годами обсуждали целый ряд вопросов, которые касаются именно этой проблемы, которая сейчас возникла на Украине. В Шамбези мы пробовали это решать, но ничего так и не решили. Конечно, печально, что патриарх Варфоломей принял такую меру, не соблюдая межсоборное согласие, и не соблюдая порядка Православной церковной жизни. Поэтому сейчас трудно тоже себе представить, как это может все дальше развиваться.

- Владыка, насколько сами эти решения Фанара могут быть правомочны? Ведь каноны создавались 500-1000 лет тому назад, столетиями формировалось законодательство жизни Православной Церкви. Как можно ли действительно канонически прекратить действия тех решений, которые были приняты столетия тому назад, в совершенно другой исторической ситуации?

-  Я думаю, что все это нуждается во Всеправославном обсуждении. Мы знаем, что патриарх Варфоломей называет себя вселенским, но всей вселенной нет, нет Константинополя, а есть Истанбул. И уже сам факт, что нет этого города, и нет главной империи византийской - это самое главное. Все, на чем теперь зиждется небольшой авторитет патриарха Варфоломея - это все исторические факты, которых больше нет. И если нет уже 500 лет Константинополя, то вообще о чем мы говорим. Это большой вопрос. И все это нуждается в переосмыслении. Империя Византийская исчезла, поэтому нам нельзя исходить из тех позиций, которые 500-600 лет назад были действительны, и на которых все наш весь православный мир строился. Как-то православные Поместные Церкви смирялись с этим, потому что не видели особой надобности приступать к обсуждению этих вопросов, однако теперь, когда принимаются такие резкие меры вмешательства одной Поместной Церкви в дела другой, то это совершенно очевидно, мы нуждаемся в доскональном обсуждении вопроса, есть ли какое-то вообще первенство в настоящей Православной Церкви в настоящий момент. На чем это первенство должно строиться, если это первенство чести. Нет такого критерия, которым можно нам помочь автоматически прибегнуть к какому-то решению. Явно это требует большого рассуждения среди всех православных поместных Церквей.

- Владыка, сейчас канонисты активно спорят, пытаясь разобраться в ситуации. Такое ощущение, что у нас какие-то юрисдикционные споры, судебные прения. Но забывают о главном законе - о Законе Христовой любви. И меня удивляет что епископ, призвание которого сохранять единство духа в союзе мира, ведет себя совершенно неуместно, входит туда, где гражданская война, внося дополнительные разрушения. Американцы сейчас злоупотребляют, таким понятием, как легитимность. Этот президент нелегитимен, потому что он погубил столько человек, а этот слишком авторитарен и так далее. Можно ли таким же образом сказать, что тот или другой епископ нелегитимен, потому что он не отвечает своей задаче как епископа, и где этот критерий?

-  Я бы не прибегал к такому выражению, потому что, во-первых, в церковном языке у нас такого нет. Во-вторых, на чем может строиться такая легитимность? Тут идет речь о пренебрежении самыми основными правилами христианской жизни. Даже я бы не сказал церковной, но просто христианской. Если, как мы знаем, патриарх Кирилл был у патриарха Варфоломея незадолго до всех этих событий и об этом говорил, об этих вопросах. Не добился никакого положительного решения. А это показывает что между Поместными Церквями нет того мира, который должен быть. Поэтому как раз это должно было бы настораживать патриарха Варфоломея, чтобы не совершать, на мой взгляд, того преступного шага, который действительно нарушил мир во всем православном мире. Мы, однако, должны помнить, что это не новость. Из Стамбула уже сто лет выходят такие попытки разрушить мир. Первая большая попытка - введение римо-католического календаря. Этим они уже разделили весь православный мир на две части. Однако те православные поместные церкви, которые не приняли этого календаря, настолько вели себя великодушно, что они тогда не порвали общения с теми, кто принял незаконным образом неправославный календарь. И в этом мы продолжали служить с новокалендарцами и снисходительно относились к этому нововведению, хотя мы понимали, что это один шаг к худшему. А теперь это второй шаг, который грозит разрушить весь православный мир. Это безответственное, на мой взгляд, поведение одной Поместной Церкви. Так называемой Константинопольской.

 

    

- Мне кажется, что под угрозу поставлен весь авторитет православного христианства. Если на нас смотрели раньше как на незыблемую скалу среди пучины моря житейского, то сейчас мы выглядим чуть ли не такими же склочникам, выяснителями отношений, захватчиками, сутягами.

- Эта незыблемость поставлена под удар первыми действиями, которые в Стамбуле предприняли после неудачного собрания на Крите. Они ввели право священникам жениться второй раз. Тут нарушен и разрушен основной принцип нашей церковной жизни. Это показывает, что они будут стремиться к еще большему. Шаг за шагом идет разрушение православной этики, которая была до сих пор незыблема, и конечно представляла для некоторых слоев западного мира просто угрозу. Такой монолит, как православие, им мешал, тем, которые сейчас везде вводят однополые браки и прочие гадости. Это те же круги, которые заинтересованы в разрушении православного мира, православного единства.

- Нельзя ли сказать, что то, что сейчас произошло, произошло не без подстрекательства политических сил, и в частности Америки, которая борется с Россией любыми уже способами, экономическими, психологическими, культурными, а теперь еще они замахнулись на самое святое - на нашу религию.

-  Это точно так. Но это тоже не первый раз. Они бомбили Косово именно на Пасху. На православную Пасху. И так стараются разрушать внешние силы и внутренние силы. Стараются разрушать православный мир. И теперь конечно это вызов для нас, православных, правильно оценить ситуацию и сделать правильные выводы из этого. И выйти не как сорящиеся братья, а как разумные христиане, которые будут обсуждать свои проблемы, и решать их соборным способом. Этим именно наша Церковь сильна, что у нас есть соборный дух. А этот дух соборный разрушен. Теми действиями, которым мы сейчас свидетельствуем.

- Владыка, сейчас время подмен, фейков. Этот уже не просто фейковые новости, но и организации и люди. Мы видим самосвятов, людей, которые настолько внешне похожи на благодатное священство, что неразличимы внешне (те же одежды, те же обряды). А сейчас после того как Вселенский патриарх принял тоже очень странным порядком в общение Филарета и других архиереев раскольнических групп на Украине, как здесь быть? Как сейчас нам определить, обычному человеку определить, куда он пришел - в благодатную каноническую церковь или в общество с обратным знаком?

-  Думаю, что в настоящий момент для простых верующих единственно верный подход к этому в том, чтобы придерживаться своей Церкви и не выходить за ее рамки нигде и никак. Господь покажет в нужное время, где мы стоим и как мы будем дальше двигаться.

- Как Вы оцениваете действия митрополита Онуфрия? Насколько он верно ведет церковный корабль?

- Я благодарю Бога, что Украинская Церковь в свое время выбрала именно его своим предстоятелем, который способен в таком мирном духе переносить все эти удары.

- Есть ли понимание православными Европы? Например, во Флоренции весь приход перешел в зарубежную Церковь и, слава Богу, мы очень радовались этому мужественному поступку. Есть ли надежда, что будут такие же шаги и в дальнейшем совершаться?

-  Надежда есть, но насколько они будут оправданы, для меня неясно. Как раз эти русско-язычные приходы во Франции были всегда против Зарубежной Церкви. Они были очень сильно настроены против всего русского. И мы всегда предупреждали, что в какой-то момент они проснутся и увидят, что они вообще за бортом. Теперь это вопрос, кто из них найдет в себе мужество, чтобы преодолеть этот барьер. Надо сказать, что для них Зарубежная Церковь скорее приемлема, чем Московская патриархия, потому что для них Московская патриархия более отдаленная, тогда как Зарубежная Церковь имеет фактически ту же судьбу, а кроме того, что мы были незащищены в те годы, когда Зарубежная Церковь должна была отстаивать свои позиции против всех, кроме Сербов, которые всегда держались дружбы с нами. Остальные все были под давлением. И Зарубежной Церкви было трудно держать ясную четкую линию – мы, Русская Церковь, мы никуда никогда не уходили, но в то время, когда Церковь в России была под давлением безбожной власти, мы ей не подчинялись. А как только стало это возможно, мы это и осуществили. А для тех, кто во Франции не хотел пойти этим путем, это конечно в настоящий момент большое переживание. Если более спокойно подходить к этому с их стороны, то думаю, они могут найти путь, но многие ли пойдут таким путем, я не могу сказать. Мы тут или там имеем личные связи с представителями этих приходов, поэтому имеем представление. Но все-таки они столько много времени жили оторванными от всего русского, что трудно представить, как это может дальше пойти. Мы можем только молиться Богу, чтобы он им дал мудрость и мужество.

- Что мы для этого должны сделать?

- Прежде всего молиться. И показать, что мы открыты, что мы никого не осуждаем, что они пошли другим путем. Многие пошли этим путем, потому что их родители и родственники уже начали такую жизнь.

- Владыка, Украина рассматривает Крым, Донбасс, как территории, как земли, которые нужно вернуть, совершенно не учитывая людей, которые не хотят жить с украинцами, не хотят жить в этой ценностной националистической среде, которая сейчас особенно непривлекательна на Украине. Но также примерно поступает патриарх Варфоломей. Он говорит о канонических территориях, как о географии без тысячелетней истории людей, которые страдали, мучались и рождали россыпи жемчугов мученичества, подвижничества и святости. Ему интересны территории (пусть они и называются каноническими), а люди, составляющие тело Церковное, не очень и интересны.

-  Для меня как нерусского по происхождению, трудно понять, не могу понять, почему Крым может не быть частью России. Я учился в школе, и учил, что были крымские войны. А кто их вел? Тогда никакой Украины не было. Надо помнить, что Украина возникла только что. Такого образования в истории не было. И это совсем новое образование. В таких случаях считают, что оно должно только где-то установиться со временем, найти и свою территорию, культуру, язык и так далее. Все это есть в зачаточной форме. Но оно никогда не выражалось в формировании одного единого государства, как это теперь. Я как иностранец и как славист, чувствую сильно, что люди, которые живут в западной Украине совсем другие как те, что живут в восточной. Это большая разница. И даже в языке, поведении. Я не так часто бываю там, но все же есть наблюдения. И среди наших прихожан много очень украинцев. Среди наших отцов, большая часть была с юга Росси, как они считали. Тогда, в 20-е годы, никто не говорил о какой-то самостоятельной Украине. Я тоже жалею людей, которые должны участвовать в этом процессе самоосознания, это только еще возникающая, развивающаяся страна и они тут растерзываются такими страшными переживаниями. Хотелось бы, чтобы это пошло более мирным путем. Но тут мы конечно только можем молиться, чтобы Господь дал всем участникам этого процесса мир, спокойствие, мудрость.

- Владыка, конечно, мы все любим владыку Онуфрия, епископа, достойного почитания. Я смотрю, как Украинская Церковь верных реагирует на политические вызовы и создается неожиданное и радостное впечатление об Украинской Церкви. Вся Церковь, не только епископат, но и клирики, но и миряне в значительной степени выступают мужественно в защиту своей Церкви и владыки Онуфрия. Вы считаете мои наблюдения верны?

- Думаю, это правильно.

- Что бы вы посоветовали из опыта нашей Церкви давнишнего или недавнего перенять? И как держаться православным украинцам верующим?

- Держаться предстоятеля, блаженнейшего митрополита Онуфрия, идти с ним на все испытания, которые предстоят, идти дружно молитвенно, это его сила - молитвенность. И Владыка это человек молитвы и поста и мудрого решений, которыми он управляет Украинской Церковью.

- Владыка, нас сейчас слушают не только в России, на Украине, но как благословил нас в свое время называться приснопамятный святейший патриарх Алексий - мы являемся всемирным русским православным вещанием, слушают нас всюду, во всем мире, и частности прихожане Вашей епархии. Вы можете к ним обратиться через эфир радио Радонеж и преподать им благословение, а я бы тоже был признателен - и слушателям нашей радиостанции в Москве и России.

-  Я призываю Божие благословение на всех, кто настолько любит Церковь, что он время не тратит зря, а в свободное время слушает радио Радонеж, таким образом, поддерживает свою Церковь, свою принадлежность к единой истинной Церкви.

- Спаси, Господи!

Источник: Радонеж